Пока парень скакал вокруг меня от счастья, засыпая вопросами, Эрда уже успела снова выхватить из моих рук карту и начертить на ней сложную схему. Не буду отрицать, что мне льстило, когда на меня смотрели, как на Сияющих Наверное, я радовалась даже больше паренька, но, конечно, этого никак не показала.
– Хайб, оставь уже гостью в покое. Нам нужно поговорить.
Когда недовольный юноша вышел из комнаты, Эрда сразу принялась давать короткие и четкие пояснения к своим схемам.
– Даже не знаю, как Вас отблагодарить.
– Что ты! Не нужно никакой благодарности.
– Правда, мне и предложить особо нечего, – продолжала я размышлять вслух. – Но я хорошо разбираюсь в запах и вкусах. Могу помочь с чем-то. Например, насобирать какой-нибудь травы для лекарств или подобрать…
– Алиса, – добродушная хозяйка обняла меня за плечи. – Не нужно ничего. К тому же, какие травы? Мы давно пользуемся лекарствами.
Она сказала это с такой интонацией, как будто я застряла в прошлом веке, опоздав на поезд прогресса. Да уж, образ жизни в городах разных Хранителей сильно отличался. В моей столице никто не брезговал природными лекарствами, ведь все прекрасно знали, что они куда эффективнее обычных, и, разумеется, намного безопаснее. Мне пришлось бы худо, если бы люди в Мерегейсе (те, которым было неважно, кто ты, лишь бы работа была сделана хорошо) не обращались за помощью ко мне и моему нюху.
Я не настаивала, только задумалась: если местные вели себя так странно, то я с трудом могла представить, что меня могло ждать в столице Амрона.
– Вот и зря. Я, между прочим, знаю несколько очень хороших домашних рецептов от простуды.
Она расхохоталась.
– Ты чудная. И это не только из-за того, что ты… эм, – Эрда смутилась, и я поспешила на помощь:
– Я поняла.
– Хорошо.
– Спасибо за все, – я замялась, но все-таки обняла хозяйку дома на прощание.
– Береги себя.
– Вы тоже.
***
Станция стражей Хранителя Амрона находилась на другом конце деревни. Пользуясь картой Эрды, я без труда нашла дорогу, но как поступить дальше, не имела понятия. У меня не было гениального плана, который помог бы мне обойти двух охранников на входе, пройти мимо пункта внутреннего допуска (он же наверняка там был), как-то отыскать в огромном здании Айвери и выйти наружу. Желательно живой.
Да, эти ребята выглядели куда более подготовленными, чем мои вчерашние знакомые. Я снова мысленно упрекнула себя за потасовку в приюте для животных. Сразу видно, моя голова тогда еще не оправилась окончательно от встречи с «синими плащами».
Нигвил. Почему он оставил меня в живых? Впрочем, сейчас некогда об этом размышлять.
Здание станции отличалось от приюта: от высоких светлых стен как будто веяло холодом, а темные окна так и норовили уловить все мои нехорошие мысли. Да, стоя на месте, я не приближалась к Айвери ни на шаг. Я приняла решение обойти вокруг здания в поисках вариантов наступления.
Я осеклась. Справа. Человек в темной куртке и со сдвинутым до самого носа капюшоном сверлил меня взглядом все время, что я стояла перед зданием. Конечно, из-под темной ткани капюшона я не могла видеть его глаз, но ощущение беспокойства медленно, но упорно стачивало мои нервы.
«У тебя паранойя, – подсказал мне внутренний голос».
Я отвернулась. Как будто этому сумасшедшему больше не на кого было глазеть. На улице было достаточно людей: вот прошла женщина с ребенком; проехала машина, затем еще одна; мужчина в деловом костюме куда-то спешил, из самого здания вышло двое охранников.
Я свернула за угол и обошла станцию по периметру. Она состояла не только из основного здания, но еще из нескольких корпусов. Вся территория была обнесена высоким бетонным забором.
Недолго думая, я решила пробраться на крышу аптеки – ближайшей к высокой стене постройки. Со стороны станции в нем не было окон, но мне и крыша могла вполне сойти в качестве стартовой площадки.
Так, я бы оказалась на внутренней территории с противоположной стороны от главного корпуса. Пробраться на крышу – это полбеды, но кто сказал, что, окажись я наверху, меня никто не заметит? Быть Огаем не значит быть невидимкой.
– Здравствуйте, купите газету на сегодня?
Задумавшись, я не заметила маленького, назойливого уличного торговца в забавной шапке, пока он не подошел вплотную.
– Нет, спасибо, – отрезала я.
– И все же возьмите. Ее уже оплатила одна пожилая дама, – уже шепотом добавил газетчик. – Она сказала, что Вы обязательно возьмете и что Вы найдете там то, что ищете.
– Какая еще женщина? – спросила я, выдергивая из рук газету. В первом же развороте я нашла сложенную вдвое записку.
– Вам это лучше известно.
«Еще один Огай? Такое редко случается в этой дыре. Сегодня в десять в Ржавом гвозде. Постарайся не опаздывать».
От записки сильно пахло духами. Я сморщила нос, пытаясь сдержать порыв чихнуть.
– Здравствуйте, купите газету на сегодня? – пользуясь случаем, юный газетчик переключился на других прохожих.
Я сложила записку в карман и выкинула утреннюю прессу в первый попавшийся мусорный бак. Не пойму, с чего она взяла, что мне захочется тратить на нее время?
