Я попытался отделаться от оказавшего мне помощь доброго самаритянина, но он не отставал и предлагал одну за другой свои услуги в качестве очевидца, автора возмущенного открытого письма в газеты, специалиста по оказанию первой помощи и сочувствующего, понимающего друга. Я действительно был ему очень благодарен за заботу, но постепенно он стал действовать мне на нервы. Я хотел остаться один. Чтобы хоть как-то отвязаться от него, я в отчаянии сочинил, что служу продавцом у Чартера, и даже после этого он дважды оборачивался мне вслед, желая убедиться, смогу ли я благополучно войти в дверь магазина.
Теперь там было довольно оживленно. Я отыскал тихое местечко и опустился в кресло, довольный тем, что меня никто не заметил. Кроме масляного пятна на брюках на уровне колена, несчастный случай, похоже, не оставил на мне никаких следов. Прерывистое дыхание, шум в голове и отвратительное чувство слабости в ногах внешне никто не мог заметить. Через некоторое время меня увидел продавец, с которым я беседовал сегодня утром, и поспешил ко мне.
- Мистер Брайнерд? Чем могу быть вам полезен?
- Да все цепочка, - объяснил я слабым, утомленным голосом. Потом откашлялся и судорожно проглотил слюну. - Речь идет о той цепочке, которую я принес сегодня утром. Кто-то из ваших коллег только что звонил мне и просил зайти. Он хотел предложить мне на выбор несколько новых замочков.
Продавец удивленно посмотрел на меня.
- Я действительно считаю, что тот запор от Кортеса не очень подходит, но я вам не звонил, мистер Брайнерд, и не поручал своим коллегам. И уж тем более не отбирал для вас никаких замочков. Если вы сможете минуту подождать, я узнаю.
Я кивнул, довольный возможности посидеть ещё некоторое время в полном покое. Молодой человек поспешил к своим коллегам, а затем к управляющему, который, казалось, был несколько раздражен тем, что его побеспокоили. Он в этот момент был занят, демонстрируя некоему элегантному джентльмену с проседью коллекцию неотшлифованных алмазов. Затем мой продавец исчез в служебном помещении магазина, а когда появился снова, то выглядел почти смущенным.
- Я не смог найти того, кто звонил вам, мистер Брайнерд, - растерянно объявил он. - Но один из наших продавцов ушел обедать. Может быть, он...
- Почему же он тогда не подождал? - резко перебил я.Ведь я хотел тотчас прийти.
- Мне очень жаль, мистер Брайнерд. Я даже не могу понять, как... - Он едва не ломал руки от отчаяния. - Если желаете, сэр, я вам охотно предложу выбор прекрасных замочков.
Я нетерпеливым жестом отклонил его предложение. Это было как наваждение. Сегодня все мои действия, даже самые незначительные, непременно оборачивались какими-то неприятностями. Началось все за завтраком, затем пришло то отвратительное письмо, потом история с хересом, инцидент с грузовиком, а теперь ещё этот проклятый звонок. Я почувствовал, что просто не в силах выдержать дальше этой путаницы.
- Нет, делайте как хотите. Почините эту цепочку, как считаете нужным, мне все равно.
Он уставился на меня с удивлением и одновременно с благодарностью. Затем склонил голову и изобразил такую высокопарную торжественную мину, что я с удовольствием влепил бы ему пощечину.
- Большое спасибо, мистер Брайнерд. Мы будем достойны оказанного вами доверия. - Он механически улыбнулся и совершенно инстинктивно добавил: - Не могу ли я сделать для вас что-нибудь еще?
- Да, - буркнул я. - Вы упомянули сегодня утром, что эта цепочка представляет собой необычайно удачную работу Кортеса. Кто такой этот Кортес? Коллекционер? Ювелир?
Он казался слегка шокированным.
- О, нет, сэр. Кортес - Карлос Кортес - серебряных дел мастер, и его украшения пользуются большой известностью. Правда, в последние годы он уже почти ничего не делал. Эта цепочка - первая новая вещь от него, которую я вижу за долгое время.
- Слушайте, вы по меньшей мере слегка преувеличиваете. Эта цепочка не может быть вам совершенно незнакома. Моя жена купила её здесь, в этом магазине. Год назад или около того. Она только сегодня утром мне это сказала.
Он решительно покачал головой.
- Исключено, сэр. Это совершенно невозможно. Миссис Брайнерд, должно быть, ошиблась. Может быть, в каком-то другом магазине? Или в Нью-Йорке?
Этот парень был полным идиотом, и больше всего мне хотелось напрямик высказать ему свое мнение. Вместо этого я раздраженно спросил:
- А где, собственно говоря, работает этот Кортес? В Нью-Дейвене?
На этот раз он откровенно испугался.
- Да нет же, сэр. Я не думаю, что Кортес вообще хотя бы раз бывал в Соединенных Штатах.
- Где же он работает?
- Где? В своей мастерской, конечно. В Таско. - Он внимательно посмотрел на меня, и что-то в выражении моего лица побудило его добавить, как посткриптум: - Таско находится в Мексике. Но об этом вы, конечно, знаете.
Возможно, когда-то я это и знал. Но, по-видимому, мой разум сегодня отказывался нормально функционировать.
"-Мексика", - подумал я. - Снова Мексика."
Мне вдруг стало совсем нехорошо.
Продавец наблюдал за мной поначалу с любопытством, а затем с нарастающей озабоченностью. Он склонился над прилавком.
