С этими словами Хибберт подтолкнул лейтенанта к шлюзу. Доктора можно было понять – они шли останавливать тех, кого еще никому не удавалось остановить. Примеры боев возле Каштуры-два и Иллиона говорили сами за себя. Даже выполнить задание у эскадры практически не было шансов, что уж говорить о выживании. И все равно, они пойдут на все, на любые жертвы. Ведь там, за ними, Земля! И его любимая Марси. Марси…
Когда Анри оказался в осевом коридоре, там не было ни единого человека, ведь до старта оставалось всего семнадцать минут, и большая часть экипажа уже заняла свои места по боевому расписанию. А значит, следовало поторопиться и ему. Капитан Манн терпеть не мог опоздавших.
В резервный командный центр он прибыл последним, чем вызвал полный раздражения взгляд капитана с большого экрана на передней стене рубки. Взгляд Анри проигнорировал. В конце концов, его выдернули из увольнения, за двое суток он спал всего несколько часов, облазил весь фрегат и физически не мог в таком состоянии выполнять свои обязанности в должной мере тщательно.
Резервный командный центр был почти полной копией боевой рубки. Несколько уменьшенной в размерах копией, которую умудрились впихнуть меж двух главных маршевых двигателей фрегата. И поскольку от лобового броневого листа их отделяло двести семьдесят метров, считалось, что добраться до них плазменным зарядам будет еще труднее, чем до БИЦ. Хотя к тому времени, как плазма пробьется сквозь передние баки рабочего тела, от сокрушительных ударов выйдет из строя большая часть электроники и приводов. Фрегат прекратит существование как боевая единица задолго до того, как первые заряды прогрызут себе дорогу к боевой рубке.
Анри не спеша долетел до своего возвышения в центре рубки. Ухватившись за подголовник кресла, совершил кульбит с переворотом через голову и уселся перед своей консолью. Пристегнувшись, он активировал консоль, несколькими движениями распределив функции между секторами экрана.
– Старший помощник на посту! РКЦ, статус!
Выслушав рапорты и удовлетворившись ответами, Анри переключил левую часть консоли на капитанскую камеру и доложил:
– Резервный командный центр в готовности, сэр!
Капитан кивнул, не поворачивая головы. Старт корабля, особенно если тот отчаливает от дока космической станции, всегда оставляет после себя тысячи сгоревших нервных клеток. И судя по недовольному виду капитана, доклад Анри был одним из последних. Так и есть: сверившись с хронометром, Манн дал отмашку:
– Внимание, экипажу приготовиться к остановке жилого модуля! Одна минута!
Вряд ли сейчас там оставался хоть один космонавт, но устав требовал за минуту до остановки вращения предупредить о ней по громкой связи. Скоро замрут огромные электромоторы, которые раскручивали здоровенные подшипники жилого модуля, и на корабле ненадолго воцарится почти полная тишина. Ненадолго, до тех пор, пока не включатся главные двигатели. Те принесут свою долю гула и вибрации.
В замкнутом мирке корабля практически никогда не бывало полной тишины. Даже если он останавливал вращение жилого модуля, лежа в дрейфе, все равно шелестела вентиляция, потрескивал корпус, лязгали магнитные подошвы ботинок. Тишина наполняла только мертвые корабли. Или корабли, идущие в бой, когда из них стравливали атмосферу и звуки приходили лишь в виде вибраций корпуса.
Вся передняя стена рубки превратилась в огромный экран, на котором компьютер синтезировал изображение фрегата так, словно камера смотрела на него чуть сзади и сверху. Данные для картинки компьютер в основном получал с радара, обычно расцвечивая объекты по какому-то хитрому алгоритму, но сейчас, когда фрегат почти касался станции, в дело пошли наружные видеокамеры. Зачарованный зрелищем Анри даже подался вперед, насколько позволили привязные ремни. Сейчас должно было начаться самое интересное – маневрирование возле орбитальных объектов.
– Вращение жилого модуля остановлено, капитан! – оповестил по громкой связи Фаррел. – Корабль к старту готов!
– Понял. – Манн пробежался пальцами по сенсорному экрану консоли и устало заговорил в микрофон: – «Скапа Флоу», здесь «Церам», прошу разрешения на выход в пространство.
– «Церам», это полетный контроль «Скапа Флоу», выход разрешаю! – безликий голос диспетчера на секунду наполнился эмоциями. – Удачи вам, «Церам»! И да хранят вас безмолвные звезды!
Ого, удивился Анри. Последователей Смотрящих-на– звезды никогда не было много, религия эта, возникшая лет четыреста назад в шахтерских поселениях пояса астероидов, не могла похвастаться массовостью даже во времена своего расцвета, три века назад. А в современной Лиге, особенно после того, как правительство законсервировало астероидные разработки, число Смотрящих и вовсе сократилось до считаных единиц. И вот на тебе, оказывается, они еще встречаются даже в военных структурах!
