Я не заметила, что высокая фигура стоит в нескольких метрах позади нее в тени. После ее слов, он шагнул вперед и взял ей за протянутую руку. В мерцающем свете, плоскости и углы его лица выглядели беспощадно острыми. — Ты слишком высоко ценишь меня, любовь моя. — Он наклонился и поцеловал ее руку.
— Ты можешь поблагодарить принца Эйко за легкость твоего третьего испытания, — сказала она, любезно глядя на него, — а также за его настойчивость в том, что ты по праву прошла второе и, что было бы неправильно позволить мастерам провалиться тебя. Он был очень убедителен, разрабатывая решение, которое подходит всем сторонам.
Я смотрела на лицо принца Эйко, ища подсказки, и снова задаваясь вопросом, что он делает. Он сказал, что хочет помочь мне, и сегодня мне не пришлось принимать никаких решений в отношении жизни и смерти. Он избавил меня от этого. Возможно, посмотрев на это в другом свете, он был на моей стороне. Какими могут быть его причины, я не могла себе представить.
— Но, Ваше Величество, — сказала я, не в силах помочь себе, — вряд ли это испытание на послушание, если мы оба хотим согласиться. — Конечно, это была ложь, но я хотела знать, почему королева выбрала это как наше финальное испытание. Она не позволила бы принцу Эйко уговорить ее, если бы в этом не было выгоды для нее.
— Ты могла бы отказаться, — сказала она, слегка опустив глаза. — Твое согласие показывает мне, что ты действительно оставила свою прежнюю жизнь в Темпезии. Это то, что я хочу, Руби, чтобы ты построила свою новую жизнь здесь. И у тебя будет много возможностей воздать должное мне, родив детей как наследников моего трона и нашей фамилии.
Кай поперхнулся, а затем превратил этот звук в кашель. Я поняла, что мой рот открылся. Я закрыла его.
— Ваше Величество, — начала я осторожно, зная, что я могу рисковать и Каем, и собой, если разозлю королеву, — я благодарю вас за эту… потрясающую возможность. Но как я, простолюдинка из Темпезии могу, родит ваших наследников? Кай, в конце концов, не связан с вами.
Она положила руку к груди. — Какая небрежность ко мне. Руби, моя милая девочка, ты все еще не понимаешь, кто ты такая?
Я моргнула на прозвище
— Ты моя племянница, — сказала она, ослепив меня своей улыбкой. — Моя собственная плоть и кровь. Твоя мать была моей дорогой младшей сестрой.
Глава 18.
Мое зрение сузилось, и мой голос казался странно тонким и отдаленным. — Это невозможно.
Я услышала топот ног и подняла глаза, чтобы увидеть, что Кай прыгнул через лаву. Он положил руку на мою спину, и я прислонилась к нему, потому что если бы я этого не сделала, то упала бы на землю.
— Ваше Величество, у нее были изнурительные несколько дней, — сказал он, положив руку мне на плечо, когда посмотрел на королеву. — С вашего любезного разрешения я хотел бы сопроводить ее обратно в замок.
— Разумеется, — ответила она. — Разве я могу придраться к проявлению мужественной заботе о твоей невесте?
Он взял меня под руку, но я сопротивлялась его усилиям вытащить меня. — Моя мать даже не была Огнекровной. — Я не принимала сознательного решения говорить, но я не могла сдержаться. — Я абсолютно не могу быть связана с вами. Со всем уважением…
Без предупреждения руки королевы поднялись, и гейзер лавы поднялся с реки и стал парить надо мной. Кай отпрянул назад, а затем потянул меня, но лава остановилась в воздухе, паря над нами, как замерзшая волна. В последующем задыхающемся мгновении я поняла, что мои руки подняты, и ладони нацелены на лаву.
Я посмотрела украдкой на королеву. У нее было выражение ужасной концентрации. Мускулы в ее предплечьях согнулись, и лава двинулась на несколько дюймов ко мне. Я застонала и сосредоточилась на ней, нажимая на нее своим умом так же, как, если бы я манипулировала огнем. Волна скручивалась и вздымалась в воздухе, прежде чем упасть обратно в реку. Капли лавы разбрызгивались по воздуху, шумно шипя о камни и одежду. Одна капля приземлилась на мою руку, заставляя меня задыхаться от боли.
Я недоверчиво смотрела на королеву. Она контролировала лаву. Она пыталась навредить нам этим.
— Не говори мне, что ты не дочь моей сестры, — сказала королева, — триумф в ее глазах почти одичал по своей интенсивности. — Она была единственным живым человеком, который мог контролировать лаву по своему желанию. Я с начала удивилась, когда Мастер Даллр сказал мне, что он наблюдал за твоим первым испытание с отверстий, которые выходили на поверхность, и он был уверен, что ты остановила поток лавы. Однако я не была готов поверить. Я думала о тебе как, о постороннем, о ком-то, кого я могла бы использовать против Ледяного Короля. Я не позволяла себе поверить, что ты моя племянница до второго испытания. Я навещала тебя, пока ты была в бреду от яда. Ты пела песню, которую пела моя мама.
