…. — Да что ты делаешь-то? Я же говорил, что это должно быть похоже на ограбление! Ты скажешь Барону, что я всё это украл, и ты никак не мог мне помешать!
— Ох, зануда, понял я, понял! Но зачем же ломать шкатулки? Ключи-то у меня есть, и так проще открыть замки!
— Ну конечно! И Барону ты скажешь, что я неторопливо и с удовольствием подбирал ключики к твоей сокровищнице, да? Нет уж, мой милый! Когда кто-то кого-то грабит по-быстрому, он просто громит и выворачивает всё, что можно! Так что, прости, ангел, но шкатулки я всё — таки взломаю.
И Лиор отодвинул недоуменно хлопающего ресницами Рейзу в сторону, поднял со столика первый ларчик с драгоценным изумрудным гарнитуром и сунул в щель под крышкой клинок своего ножа. Замок жалобно звякнул, и ящичек открылся. Лиор взял в руки великолепное украшение и на мгновение залюбовался им.
— Очень красиво! Как твои волшебные глаза! Ты уверен, что мы должны так поступить?
— Но ведь мы уже договорились обо всём, разве нет? Ты же сам говорил, что на вырученные за всё это деньги можно прожить не один год, не зная нужды. И ещё ты говорил, что нам понадобится много, много денег для нашего опасного плана! Так что лучше обзавестись начальным капиталом уже сейчас. Верно? Конечно, всё верно. И мы это уже обсуждали. И ещё я вот о чём подумал: если все будут знать, что ты просто обокрал меня, то наши отношения уже никто не назовёт романтическими. Я играл с тобой, а ты меня за это нагло поимел. Как тебе это?
— Супер! Всё это шито белыми нитками, понимаешь? Ну да ладно, лучше вариантов нет. Так что давай — ка, складывай в мешок!
Рейза взял у него драгоценности и положил их в пурпурную шёлковую наволочку, что они решили использовать вместо мешка. Лиор крякнул ещё шкатулку, и её содержимое тоже перекочевало в наволочку.
— А как ты объяснишь то, что я завладел оружием Барона?
— Я так и скажу, что сам дал тебе. Ты заставил меня сделать это.
— Я? Заставил Плектра? Смешно!
— Да ничуть. Со мной ведь уже случалось такое, что я просто был не в силах помешать убийце. Помнишь то, что я показывал тебе об ударе ножом? Так вот: тогда я словно спал, пока Барон не пробудил меня. А в таком состоянии я ни на что не способен. И он сам это знает.
— Значит, всё было так: все подтвердят, если понадобится, что я сильно избил тебя, и чуть не задушил… О, милый, прости меня! Мне так жаль!
— Хватит извинений. Это всего лишь пикантная часть нашей любовной истории!
— Да, ты прав. Так вот: ты очень плохо себя чувствовал, чуть ли не умирал. У тебя ведь и правда было сотрясение мозга; потом — удушье, обмороки и сильная лихорадка. Это засвидетельствуют и доктор, и Овадья, и те, кто уцелел из охраны. Да и спина разболелась больше обычного. И ты принял очередной белый шарик и отключился. Я воспользовался этим и содрал у тебя с руки коммуникатор, отключил ошейник и с помощью навигатора нашёл тот выход, через который завтра уйду. Или же я и сам знал об этом проходе — не важно. Потом я взял все эти драгоценности и самого тебя прихватил в заложники, и заставил вести меня к тайному ходу. Ты был очень слаб от болезни и одурманен наркотиком, и потому не смог сопротивляться. Я потребовал найти для меня оружие, и в комнате Барона ты отдал мне именно это. Потом мы спустились в тоннель, и на полпути тебе стало плохо. Кстати, я не убил тебя. А почему?
— Это совсем просто. Ты влюбился в меня! Я поработал над твоей психикой; мне это сделать легче лёгкого. Только до конца дело не довёл, и потому ты перегрыз верёвку и убежал на волю. Но убить меня у тебя уже рука не поднялась. Такая история годится?
— Вполне. Итак: я бросил тебя там в бессознательном состоянии и ушёл. Ты пришёл в себя, не смог подняться по лестнице и стал звать на помощь… Ты понимаешь, что я должен… Дьявол!
— Ты должен связать меня и ударить, причём — сильно. — Закончил за него ненавистную мысль Рейза. Он спокойно кивнул, и Лиор отвёл глаза. — Это ничего! Ты не бойся, я справлюсь с этим!
Лиор вдруг почувствовал себя совершенно разбитым и бессильно опустился на постель. Он понурил голову и чуть слышно прошептал:
— А я не уверен, что справлюсь. Я не хочу этого делать! Я не хочу уходить, не хочу оставлять тебя, не хочу причинять тебе боль. Ты понимаешь, что снова должен будешь пережить потрясение от пребывания в тоннеле? И тебе придётся долго ждать помощи на лестнице, в полном одиночестве! Тебе будет очень плохо, и меня уже не будет рядом!
— Эй — эй, мой храбрый лев! Ну что ты голову повесил? Так убеждал меня бодриться, а теперь сам скис! Не хорошо, любимый! Так не годится! Давай просто не будем думать сейчас о том, что ждёт нас завтра! — Рейза опустился перед ним на колени и стал любовно поглаживать его лицо, мягко принуждая поднять глаза. — Ну же, милый, прогони все плохие мысли, и давай закончим наши дела, а потом… Ты говорил, что у тебя ещё есть силы? Не хочешь потратить их на меня, а?
