А Рейза молчал. Он не вскрикнул, не застонал, а только безмолвно и бессильно стал сползать на пол. Лиор, ещё не сознавая, что случилось, всё же вдруг полностью очнулся от болевого шока и пришёл в себя. Он крепче прижал к своей груди Рейзу, не давая ему упасть, и почувствовал, как тело любимого сотрясается в конвульсиях, а по рукам Лиора течёт не только кровь его самого. Рейза? Это его кровь? И вдруг он всё понял, словно увидел со стороны то, что только что случилось. Рейза Адмони, Плектр Огненная Роза, самый страшный и безжалостный демон этих земель, ненавидимый всеми палач и монстр, а для него, Лиора — самый прекрасный, самый нежный и любящий человек на свете, защитил его своим телом от последней, убийственной пули, выпущенной одержимым душегубом. Юноша видел, что Лиору никак не успеть поднять оружие, и его гибель неминуема. И он стремительно вскочил с пола и, бросившись к возлюбленному, заслонил его от смерти. Пуля попала ему в живот, и дикая, невыносимая боль разорвала его внутренности. И в этот миг он понял: это конец! Лиор, с ужасом глядя на кровь, текущую из смертельной раны возлюбленного, медленно опустил его на пол и наконец — то дотянулся до оружия. Всё так же медленно, как во сне, он поднял дестройер и направил его на Овадью, безрассудно кинувшегося к убитому им господину.
— Ты никогда не получил бы его. Он мой, и только мой, а ты — отправляйся в ад!
Грянул выстрел, и тело Овадьи подбросило в воздух, развернуло и шмякнуло об пол сокрушительной силой смерти. Он упал в нескольких шагах от угасающего Рейзы, и Лиор увидел, что глаза его широко раскрыты, а из рваной раны в груди торчат обломки костей и свисают ошметки растерзанной плоти. Он был мёртв. Осознав это, Лиор вдруг словно опомнился и, собрав все силы, подхватил Рейзу на руки, встал и стремительно кинулся в тоннель. Ещё несколько минут, и Барон будет здесь! И потому он с удвоенной силой отчаяния потянул на себя дверь здоровой рукой, в то же время сжимая другой, раненной, бессильное тело возлюбленного. Замок на двери щёлкнул, и поворотное колесо огромного засова завертелось, автоматически запечатывая вход в тоннель. Полуметровая бронированная плита теперь защищая беглецов от возможных преследователей. Лиор, убедившись, что дверь надёжно закрыта, уложил Рейзу у стены и склонился над ним.
— Ну что ты опять натворил, глупый, милый мой мальчик?
Рейза беспомощно приоткрыл губы, но не произнёс ни слова. Боль была так сильна, что он даже кричать не мог, и только дрожал от нестерпимой муки. Он знал, что умирает. Он знал, что Лиор теперь останется один, до конца своих дней погружённый во мрак безысходной тоски и одиночества. И это терзало его даже больше, чем предсмертные страдания. Он с мольбой посмотрел в лицо любимого, и тот с нежностью и плохо скрываемым отчаяньем улыбнулся:
— Ничего, милый, мы справимся! Сейчас я перевяжу тебя, и мы попрощаемся пока. А потом сюда войдёт Барон, и он поможет тебе. Ты только держись! — Лиор чуть приподнял Рейзу и прижал его к себе, стараясь согреть в своих объятиях. Он сам истекал кровью, но больше не замечал этого. — Давай — ка посмотрим, что там случилось с тобой!
Он отодвинул рваные края одежды и взглянул на рану любимого. Рейза увидел, как посерело и передёрнулось его лицо. Лиор на мгновение сжал зубы так, что они заскрипели, как несмазанные ворота, и горло его заходило вверх — вниз, словно он старался проглотить рыдания. Он всё понял. На мгновение он даже перестал дышать, и ему показалось, что мозг его сейчас взорвётся от невыносимого напряжения. Этого не может быть! Нет — нет, это просто страшный сон; сейчас кошмар рассеется, и всё снова будет хорошо! И в этот момент его сознания коснулось ласковое, свежее дуновение тёплого средиземноморского зефира, и напряжение растаяло. Рейза смотрел прямо на него, и улыбался.
— Не бойся. Я не боюсь, и ты оставь страхи. Всё кончено. Прости, что обманул тебя, и вместе нам не быть. Но ты живи! Я приказываю тебе, я заклинаю тебя именем нашей любви: живи! Не сдавайся! Не дай им убить тебя, и не позволь очернить твою душу. Ты — мой свет, сияющий и бесценный. И, где бы не блуждала моя душа, она всегда будет видеть этот тёплый, золотой блеск!
