Раинульф, который по запаху мог определить, разделила ли она ложе с мальчишкой, почувствовал облегчение. В то же время он понимал, что у него не было надежды вернуть ее. Наверное, он был для нее всего лишь чем-то вроде заманчивого незнакомого блюда, которое она с удовольствием отведала пару раз, а затем вернулась к привычной кухне. Лесовод и браконьер не мог рассчитывать на долгую связь с герцогиней.
Она странно посмотрела на него. Иногда у него было чувство, что взгляд ее зеленых глаз проникал глубоко в его голову, отчего он не мог скрыть от нее ни единой мысли. Как иначе ей удавалось добиться того, что в конце концов все всегда делали то, чего она хотела?
– Что он смог рассказать о планах членов совета?
– Абсолютно ничего, мой дикий медведь, – спокойно ответила она.
Раинульф не понял ее:
– Тогда что ты так долго делала у него?
– Рассказывала ему сказку.
– Что? – Наверное, она обманывала его. Фелиция не была женщиной, которая бы сидела на кровати симпатичного парня, рассказывая ему сказки. – И зачем тебе это понадобилось?
– Я хочу, чтобы он был полностью на нашей стороне. Нам нужен кто-то вроде него. Ткач плоти, который превращает сказки в реальность – объединяет мечты и страхи людей, пока те не поднимутся между нами. Когда он придет в лес, Белая королева вернется, как когда-то и обещала.
–
– Я не знаю, – ответила Фелиция не очень уверенно, – но я сделаю все, чтобы привлечь его на нашу сторону. Все! Только он может спасти нас. Наша борьба так безнадежна, что мы сможем победить лишь в том случае, если сказки станут реальностью.
Раинульф почувствовал тяжесть на сердце. Если герцоги искренне верили, что их победа зависела от сказок, то Швертвальд был обречен. Лично ему по душе была конкретика. Исходы сражений решались стрелами и мечами, и победителем становился тот, у кого было больше хорошего оружия.
– В следующий раз лучше залезь в кабинет верховного священника. Нам нужны планы предстоящих походов.
– А если Нандус Тормено хранит их здесь? – Фелиция постучала себя по лбу. – Туда мы попадем только с помощью Милана. Поверь, я не забыла о наших целях.
Он безоговорочно доверял ей, но путь, который она выбрала, ему не нравился.
– Давай убираться отсюда. Скоро будет светло.
Раинульф чувствовал еще что-то, но пока не хотел об этом говорить. Это была лишь догадка, ничего осязаемого. Все время, пока он сидел на крыше, ему казалось, что за ним следили. Раинульф был браконьером, а потому хорошо знал, как нужно сидеть в засаде. Если бы там кто-то был, он бы его обнаружил даже в темноте ночи. Но это было скорее ощущение. Догадка… Тем не менее им следовало как можно быстрее уносить ноги.
Бок о бок они отправились в обратный путь.
Полный восхищения, он наслаждался мужеством, с которым Фелиция передвигалась по крышам, тем, как она уверенным шагом шла вперед по хрупкой черепице и не показывала страха перед пропастями, вдоль которых они шли, балансируя на узких карнизах.
Второй такой герцогини, как она, не существовало. Она всегда была впереди. Она не требовала от своих людей ничего, что не готова была сделать сама, и всегда подвергала себя самой большой опасности. За это он и любил ее, даже в те моменты, когда она не могла избавиться от присущего знати высокомерия.
Весь ее народ предпочел бы умереть, чем наблюдать, как проклятые наемники Лиги сдирают с Фелиции кожу, чтобы натянуть ее на щит. В этом и заключалась надежда Швертвальда, а вовсе не в безумной мечте о сказках, превратившихся в реальность.
ДАЛИЯ, КОНТОРА КОРНАРО, ПЕРЕД РАССВЕТОМ, 3-Й ДЕНЬ МЕСЯЦА ЖАРЫ В ГОД ВТОРОГО ВОСХОЖДЕНИЯ САСМИРЫ НА ПРЕСТОЛ
Нандус знал поля битвы на окраине Швертвальда. Он уже видел много смертей. Но то, что ему довелось увидеть здесь… эти рваные глотки… брызги крови на полках со свитками… Неужели он стал слишком чувствительным с тех пор, как они нашли мертвого мальчика в световой шахте?
– Человек-ворон, – произнес Джулиано таким голосом, как будто принимал вызов на дуэль.
– Но это всего лишь сказка, – вздохнул капитан Лоренцо и посмотрел на Нандуса темными глазами. – Это просто сказка, верно?
Что он мог на это ответить? Кроме него самого, его старших сыновей и капитана в канцелярии конторы Корнаро, никого не было.
– Полагаю, было украдено серебро?
– Конечно! Все, как в историях. – Капитан с отчаянием посмотрел на него. – Кто может мне это объяснить? Трое погибших… Что происходит в моем городе? Вы что-то знаете, не так ли, верховный священник?
