Высокие ворота, обитые с внешней стороны металлом, приоткрыты. Нас ждали? Деревянные дома, колодец и ярко горящий костер – это первое, что увидела, когда вошла на территорию Панактунк. Второе – Леран, идущий к нам на встречу.
– Где пропали? Почти все здесь.
Как же оказывается приятно видеть улыбающееся лицо другого человека – после двух суток наедине с сероглазым индейцем, чьи мысли заперты за тысячью замками.
– Лераааан! – я выхватила у Алекса свой рюкзак и ринулась навстречу к мужу подруги и даже собралась обнять его, но вовремя вспомнила о десятках пар чужих глаз, наблюдающих за нами. Неизвестно, как остальные воспримут сцену объятий женатого парня с чужеземкой. – Привет.
– Привет, – улыбка на лице Лерана стала шире. – Как добралась?
– Нормально. Но два дня с этим хмурым субъектом, – я бросила быстрый взгляд в сторону Алекса, застрявшего возле ворот и о чем-то задумавшегося, – перебор для меня. А где Мари?
– Вон тот дом с беседкой, – и он махнул в сторону рукой. – Иди. Она ждет.
Подруга сидела под навесом из металлической сетки, увитого тонкими стеблями какого-то растения, заполонившего всю беседку, и перебирала травы, но как только заметила меня, вся засияла и, отбросив в сторону засохшие пучки, кинулась обнимать.
– Аврора, почему так долго? Как добралась?
– Задержались в вашем доме в лесу. Замерзла и устала, пока шли.
– А где Алекс?
– С Лераном.
– Отлично. Тогда пойдем.
– Куда?
– Покажу, где поселим тебя.
Недалеко от дома, который занимали Ворены и Аренго, стоял чуть меньше домик, всего на две комнаты. Он предназначался для редких гостей. Туда Мари меня и отвела
– Располагайся. Места немного, но уютно и тепло. Дом в полном твоем распоряжении. Алекс позже принесет воды и покажет, как поддерживать огонь в печи. Раньше дом не пустовал, но сейчас мы редко приглашаем гостей. Доверие нынче – бесценный дар.
– Спасибо. Постараюсь оправдать ваши ожидания.
– Не переживай, все будет хорошо, – Мари ободряюще улыбнулась и погладила меня по плечу. – Я пойду помочь с ужином, а ты отдыхай.
Подруга ушла, а я осмотрела дом. Все равно заняться было нечем.
Прихожая и две комнаты, ни отдельной кухни, ни санузла. Немножечко расстроило, но будем считать, что отдыхаю почти дикарем. Зато в каждой комнате имелась необходимая мебель и постельное белье, а в моей – еще и каменная печь. Ничего лишнего и все из добротного темно-коричневого дерева. Вместо света на каждом столе, возле двери и на подоконнике стояли свечи, а в одной из тумбочек нашла фонарик. Чтобы проверить работает ли он и как далеко светит, я раздвинула на окне занавески и посветила на двор, но стекло отразило свет, а открыть задвижку не получилось, она не поддавалась. Я потушила фонарик, положила его на кресло и прильнула к стеклу, стараясь хоть что-нибудь разглядеть, но с этой стороны дома двор был погружен в непроглядный мрак, даже забора не видно. А так хотелось увидеть, что же происходит в Панактунк, собственными глазами посмотреть на запретный для посторонних уголок первобытности, хранящий в себе силу многовековых традиций, передающихся из поколения в поколение.
Стукнула дверь, и я отстранилась от окна. Шагов не услышала, но вскоре в комнату с ведром воды вошел Алекс.
– Сестра уже все показала?
– Нет. Мари ушла готовить. Сказала, ты принесешь воду и поможешь с печью.
– Не уверен, что справишься.
«Решил опустить меня ниже плинтуса? Показать, что городская девочка ни на что не годится в трудных условиях? О, я тебя огорчу, милый мой индеец. Если половину жизни проживешь в деревне, то не только с местными мальчишками драться научишься и по деревьям лазить, но и с печью поладишь, и с огородом договоришься, особенно когда голод и холод – явно не твои друзья», – нет, я, конечно, промолчала, но улыбку спрятать было сложнее. А Алекс лишь криво ухмыльнулся, поставил с грохотом воду возле печи и принялся оживлять каменную красавицу.
Прошло немного времени и в комнате потеплело.
– Воду не отодвигай, пусть подогревается.
Я согласно кивнула и спросила, где будем ужинать.
– Сестра принесет, – выпрямившись, он мельком взглянул на меня и пошел к выходу.
– Алекс, подожди.
Обернулся, и сразу же проявил недовольство:
– Что?
– Спешишь?
– У нас охота.
– Ночью?! – это и впрямь странновато и пугающе. – Вам адреналина не хватает?
– Да. И я люблю ночь за отсутствие любопытных.
И как на его слова реагировать?
– Так бы и сказал, что хочешь поскорее от меня избавиться.
– Боюсь… Не смогу этого сделать.
Его слова удивили, я растерялась, не зная, что ответить, а Алекс воспользовался вызванным замешательством и, ни слова не добавив, ушел.
