– Что хотите делать?
– Ждать. А если придется, дадим отпор.
Отпор? Жутко звучит. Мог бы подобрать другое слово, к примеру: «По-тихому скрутим и усмирим».
– Где Мари?
– В доме.
– Скажи, чтобы не высовывалась на улицу.
Я кивнула и потихонечку отодвинулась назад, вернувшись на старое место, оно как раз находилось под окном. Царапнула по стеклу, послышался шорох и скрип отодвигаемой задвижки. Мари выглянула и испуганно огляделась.
– Иди в кухню, только очень тихо и запрись в ней.
– А ты?
– Все закончилось. Леран жив и рядом. Алекс тоже здесь, но…
Сложно объяснить, когда сама ничего не понимаешь.
– Что «но»?!
– Твой брат убил оборотня и не превращается обратно в человека, а я кроме злости в нем ничего не чувствую. Боюсь, как бы не бросился на кого-нибудь из своих.
– Помоги ему. Я прошу тебя.
– И как я это сделаю?
– Попробуй открыть ему свои эмоции. Ваша связь должна помочь.
Дельная идея, Мари всегда права, да и не осталось других вариантов. Ее брат родился альфой, с одной стороны самый сильный, с другой – грань между человеком и зверем тоньше.
– Я попробую.
– Будь осторожна.
Оставив подругу, я вернулась обратно. Ситуация не изменилась, я бы даже сказала, что она накалилась. Алекс не просто злился, он видел в каждом потенциальную угрозу, не отличал друга от врага, чувствовал, что окружен. Среди деревьев мелькали тени, светились глаза оборотней, но кроме Лерана никто ближе не подошел. Каждый в стае понимал, что любое необдуманное движение спровоцирует волка на агрессию. Мое приближение он в миг почуял и зарычал громче.
– Леран, мне надо поговорить с ним.
– Нет. Я не позволю тебе. И Алекс был бы против.
– Сейчас Алекс мне не указ. Он в беде, а я его должница.
– Нет.
– Да пойми же, твой друг перешел грань и убил!
– Он защищал семью.
– Он и раньше защищал, но без летального исхода. Или не права?!
Леран не смог опровергнуть мои доводы и промолчал. А я, улучив момент, когда волк отвернулся, передвинулась чуть ближе. Зато стоило ему повернуть морду в нашу сторону, как я чуть от страха не отступила назад.
– Алекс? – голос предательски задрожал, взять себя в руки, стоя на открытом пространстве в нескольких метрах от разъяренного оборотня, не реально! Можете и не пытаться, я испытала на себе; но наша связь не выдумка, она работала, хоть и с погрешностью; я чувствовала его злость, он мой страх. Ну или должен был чувствовать. – Алекс, смотри на меня, – оборотень вроде и не собирался отвлекаться, но надо же с чего-то начать. – Алекс, это я, – не оправдались мои ожидания, чтобы он там не крутил в своем затуманенном мозге, но переключился на шорох в лесу.
От досады, я думала, начну кричать. Может, хоть так заполучу внимание упрямого зверя.
– Леран, мне нужна помощь.
– Говори.
– Связь слабая. Он, наверное, на меня вообще не реагирует, – шальная мысля приходит опосля или в неподходящее время (переделала, оригинальное высказывание в данном случае не работало):– Ударь меня.
– Рехнулась?!
– Извини. Но надо же как-то этого… идиота в чувства привести!
– А ты не задумывалась, что ваша связь – не только чтение эмоций и их переплетение? Попробуй усилить свои настоящие к Алексу чувства и передай их ему.
– Чувства? Да я его прибить готова.
– Утихомирь злость, она не твоя.
Я хотела съязвить, но оборотню не понравилось наше с Лераном пререкание, и волк угрожающе зарычал, оценил наконец-таки нас по достоинству, а не мечущиеся в ночном лесу тени. Под угрозой быть растерзанной в первую очередь, я заткнулась. А Леран начал отходить назад. Вы бы удивились тому, что уходит единственный, кто еще мог хоть как-то помешать вас сожрать? Я бы удивилась, но некогда было, ведь заняла место первого блюда. Замечу, что я очень молчаливое блюдо, зато в голове мысли пляшут: «Надо срочно брать себя в руки. Главное – спокойствие. Не съест же он меня? Я не угроза, а друг. И по-дружески вытяну тебя из твоего же кошмара!» – решение пришло самой собой: «Чувства?» Моменты, принадлежащие лишь нам двоим: гостевой дом, дом в лесу, дом в Панактунк, ссоры и улыбки, объятия, полунамеки, мои желания, его взгляд. Я придвинулась ближе, он шагнул в сторону – белый танец начался.
