– Per lo Miègjorn, – пробормотал он вполголоса пароль, который у него потребовали назвать в комнате над таверной в Каркасоне. – «За Юг».
Пит поднялся. У него слишком разыгралось воображение. Они ведь с Кромптоном по одну сторону баррикады, разве нет? Да, этот человек ему не по душе, но это еще не делает его злодеем.
И тем не менее Пит не мог отделаться от ощущения, которое кольнуло его в доме призрения: что-то не так. Какая-то вскользь сказанная фраза, которая не должна была быть произнесена. Он покосился на Кромптона, который готовился бросить кости.
И все-таки…
Дверь вновь открылась, и в таверну вошел гонец. Безошибочно вычислив среди собравшихся гугенотов старшего, он направился к нему. Пит шагнул поближе, чтобы послушать, о чем будет идти речь.
– Перед главным входом в монастырь выставили алебардщиков, людей сенешаля. Судьи тоже обзавелись частной охраной. Они утверждают, что городскую стражу контролируют гугеноты, поэтому рассчитывать на защиту с ее стороны нельзя.
– Вздор.
– Такую причину назвал парламент.
Капитан покачал головой:
– Переговоры уже начались?
– Вот-вот начнутся.
– И председательствует на них Жан де Мансенкаль, как мы слышали?
– Да, сударь.
– И у нас есть внутри свои люди, которые будут сообщать нам о том, что там говорится?
– Есть.
Капитан взмахнул рукой:
– Отлично. Доложите мне, как идут дела, через час.
Пит проводил посланца взглядом, потом уселся рядом с Макконом. Они говорили по-английски, и Кромптон снова пытался затеять ссору.
– Ваш пастор с амвона призывает к бунту, – произнес Оливер. – Прямо-таки рвет и мечет. Вполне правомерно, на мой скромный взгляд. Но он подстрекатель, а не миротворец.
– Согласен, Баррель – человек прямолинейный, – осторожно отозвался Маккон.
– Он поносит герцога Гиза. – Кромптон сгреб со стола кости и сунул их в карман. – Если эти разговоры зайдут не в ту степь, у вас недостаточно людей, чтобы овладеть городом без подкреплений извне.
Пит подался вперед:
– Мы вовсе не планируем овладевать городом. Нам нужен справедливый мир, а не война.
– А Юно с Конде в Орлеане, по-вашему, что делают? Планируют охотничью вылазку? – расхохотался Кромптон.
Пит вспыхнул.
– Чем вы, Кромптон, были заняты сегодня весь день, пока мы тут вкалывали? – осведомился он. – И Деверо тоже? Кстати, где он? Он до сих пор не вернулся.
– На что это вы намекаете?
– Я задал вам этот вопрос совершенно без всякой задней мысли, Кромптон. А что? Вам есть что скрывать?
– Катись ты к черту, Рейдон. – Кромптон поднялся и, ни слова больше не говоря, вышел за дверь, так ею хлопнув, что она заходила ходуном на своих петлях.
– Знаю, знаю, – сказал Пит, чувствуя на себе вопросительный взгляд Маккона. – Глупо было его злить, можешь мне даже не говорить.
– Вообще-то, я всего лишь хотел спросить, в чем причина столь острой неприязни между вами? – улыбнулся Маккон.
– Он скользкий тип, а его кузен и того хуже, – ответил Пит. – Хотел бы я знать, зачем они в Тулузе.
– Они утверждают, что приехали оказать нам поддержку. Думаешь, за этим стоит какой-то скрытый мотив?
– Не исключено, – пожал плечами Пит.
– Шпионы?
– Честное слово, Джаспер, я не знаю. Может, они и шпионят, но на кого? На нас или на них? Деверо, похоже, куда хочет, туда и ходит. У него в Тулузе множество связей.
– Но Кромптона ты недолюбливаешь сильнее.
Пит протянул руку к своей кружке.
– С ним что-то не так.
– Поэтому он называет тебя другим именем? – мягко спросил Маккон. – Рейдон, я ничего не путаю?
Пита обожгло стыдом.
– Друг мой, прости меня. Я хотел тебе рассказать, когда мы узнаем друг друга получше.
– Не нужно извиняться.
– Нет, нужно. Когда я только приехал в Тулузу в марте, у меня были причины скрывать свое настоящее имя. Поэтому я взял себе другое.
– И стал называться Жубером. Или это твое настоящее имя, а Рейдон – псевдоним?
– Нет, меня зовут Рейдон. – Плечи Пита поникли. Маккон повел себя так благородно, узнав о его обмане, что от этого он чувствовал себя еще хуже. – Мне действительно очень стыдно, Джаспер.
Маккон вскинул руку:
– Это не имеет никакого значения. Кромптон, при всем твоем недоверии, прав в одном. Говорят, что принц Конде в Орлеане поднял мятеж. Мне доподлинно известно, что Со неделю назад получил приказ c требованием обеспечить кампанию принца деньгами и оружием.
– Ты считаешь, что у них есть план взять Тулузу?
– А ты как считаешь?
Пит понизил голос:
– До меня дошли слухи, что с ключей от некоторых городских ворот, в том числе от Вильневских ворот, были тайно сняты слепки.
– Когда?
Пит, удивленный напряженным тоном Маккона, поднял на него глаза:
– Я точно не знаю. Где-то на прошлой неделе.
– Кто тебе сказал?
Пит покачал головой:
– Один из солдат-гугенотов у ратуши. Я, честно признаться, и не обратил особого внимания. Решил, что это очередная выдумка. Сейчас каких только слухов не ходит, один другого нелепей. Я лишь надеюсь, что здравый смысл возьмет верх и наши предводители – и их тоже – поставят на первое место благо Тулузы, а не собственную жажду славы.
Маккон помолчал, потом поднял свою кружку:
– За это я и выпью.
