Утром 2-го января командованием СОР была получена телеграмма на имя Ф.С.Октябрьского: "1. Директивой ... от 30.XII.41 г. Вам была поставлена задача о переходе с утра 31.XII.41 г. в наступление Приморской армии. 2. Директивой ... от 31.XII.41 г. первая задача подтверждалась указанием создания ударных кулаков на важнейших направлениях и организацией десантов с целью охвата флангов западного и юго-восточного побережья Крыма. Было приказано предоставить мне к 23.00 31 декабря план операции. Изложенное Вами не выполнено полностью без объяснения причин. Вы сообщили 1 января, что Вами решено провести последовательные захваты отдельных рубежей и две десантные операции на Евпаторию и Ялту. Поставленные в моих директивах задачи путем последовательного захвата отдельных рубежей Вы не решаете. Требую с утра 4 января перейти в решительное наступление по всему фронту СОР, используя высадку десантов в пунктах по Вашему усмотрению, не отрывая средств, выполняющих основные задачи по перевозке войск. Конкретный план наступательной операции донести точно к 15.00 3.01.42 г. Получение подтвердить. Козлов. Шаманин". Такая телеграмма была получена Ф.С. Октябрьским, в ночь на 2-е января. Ее стоит проанализировать. От командующего СОР требовали "создания ударных кулаков на важнейших направлениях и организацией десантов с целью охвата флангов западного и юго-восточного побережья Крыма". Действительно, командование СОР пытаясь прорвать оборону немецких войск, действовало не "кулаком", а скорее "растопыренными пальцами". Второй интересный момент: места высадки "тактических десантов", средства их доставки, поддержки должен был определить командующий флотом. И именно он являлся автором идеи, высадить десант в Евпатории. Десант в Евпаторию, стоивший Севастополю тысячи защитников, а Черноморскому флоту боевого корабля- отдельная страница, и она требует отдельного анализа. Но командующий СОР (он же командующий флотом) в точности выполнил требования директивы, но выполнил он их... или неумело или формально. События развивались следующим образом. К исходу дня 2 января 1942 г. части СОР, вышли на рубеж реки Бельбек. 79-я бригада заняла высоту 192,0 (гора Трапеция). 345-я стрелковая дивизия к 15 час. вышла на перекресток железной дороги и шоссе. 95-я стрелковая дивизия заняла выс. 104.5.
Одновременно, происходило переформирование частей. Остатки 40-й кд были выведены из боя и сосредоточены в районе Северной стороны. Остатки 8-й бригады морской пехоты (около 600 человек) были сведены в две роты (!) и одну минометную батарею, и переданы в подчинение 1-му Севастопольскому полку, который становился 8-й бригадой морской пехоты (2-го формирования). "Старая" 8-я бригада, несмотря на то, что она вынесла на себе основную тяжесть второго штурма и сохранила знамя, была расформирована. Только 3-го числа было начато формирование "ударных кулаков". "Испытанная в боях 172-я стрелковая дивизия полковника ИАЛаскина передала занимаемые позиции во втором секторе только что доставленной с Кавказа 386-й стрелковой дивизии (командир полковник Н.Ф.Скутельник, военком старший батальонный комиссар П.П.Медведев, начальник штаба полковник Л.А.Добров, начальник политотдела старший батальонный комиссар А.Д.Ульянов) и вместе с приданным ей еще в ноябре 31-м полком 25-й стрелковой дивизии скрытно вышла к Инкерману, а затем к Бельбекской долине.", пишет П.А.Моргунов. По тексту можно понять, что целая дивизия и приданный ей полк снимаются с рубежа во втором секторе и перебрасываются в 4-й. Но ...Если вспомнить состав дивизии, то она и состояла из "приданого" ей 31 полка, 514-го полка и 1-го Севастопольского полка.
514-й полк, стоявший на острие немецкого удара вдоль ялтинского шоссе, от которого остался по сути один батальон неполного состава, убыл в 4-й сектор еще 30-го числа, 1-й Севастопольских полк остался на своих рубежах, тогда кто же перебрасывался в 4-й сектор? Штаб дивизии? Ничего не скажешь... "кулак" "ударный". Но передислокация этого "кулака", потребовала два дня. Это было связано с большими потерями 31-го и 514-го полков, части требовали хотя бы минимального доукомплектования офицерским составом и восстановления материальной части.
5 января, спустя четыре дня после получения телеграммы от командующего фронтом ген. Козлова, вице-адмирал Октябрьский дал телеграмму Военному совету Кавказского фронта с анализом обстановки, состояния и действий войск СОРа:
