На планете-пустыне Нибелии с небосклона никогда не сходят два солнца и не бывает ночи. Это мир, где пески поглощают целые города. Где не всех спасает Стена, и под песками скрываются забытые тайны. Где поиски яркой новости приводят Юту к сюжету, который сильнее неё. А расследование становится предвестником катастрофы. Где только изгой Корт может спасти свой народ. Но действительно ли он желает именно этого? Чем грозит переплетение их судеб и есть ли спасение от надвигающейся Тьмы?
Юта тяжело привалилась к стене дома, ловя ртом воздух. После долгого бега пот катил градом, рубашка противно липла к спине. Страх ещё руководил рассудком, колени подгибались от усталости и испытанного шока. Девушка заставила себя обернуться, всматриваясь в безразличные лица прохожих. Кажется, её никто не преследовал.
Юта слегка перевела дыхание. Она осмотрелась, чтобы понять, куда её занесли ноги. Судя по указателям, она была на углу Парковой и Проспекта Первооткрывателей: люди спешили по тротуарам двумя непрерывными потоками, словно муравьи в гигантском муравейнике. Машины проносились в сторону центра и обратно — к восточным районам.
Мужчины в костюмах с кейсами в руках спешили на деловые встречи, молодая женщина переводила за руку через дорогу ребёнка с ранцем за спиной. Шумная компания студентов вывалила на улицу из кафе. Громко разговаривая и смеясь, они прошли мимо Юты.
Вокруг бурлила жизнь, заставляя время, замершее было на той стоянке, снова войти в привычный ритм. Город ни на секунду не прекращал своего суматошного бега, даже не заметив трагедии, только что произошедшей в его недрах.
Юта отлепилась от стены и на нетвердых ногах побрела по тротуару. Жарко. Таур
Юта смотрела себе под ноги, когда заметила, что рядом с ней, согнувшись, шагает её отражение. Мимо проплывала длинная витрина магазина одежды. Ярко одетые манекены с дорогими сумочками в руках провожали её безглазыми пластмассовыми лицами. Юта остановилась, чтобы привести себя в порядок.
Из стеклянной витрины на неё смотрела молодая девушка с огромными от пережитого ужаса серо-зелёными глазами. Форма лица «сердечком»: с высоким лбом и широкими скулами, переходящими в узкий подбородок. Бледно-розовые, аккуратные губы легким изгибом рисовали тонкую линию рта. Вьющиеся каштановые волосы ниже плеч, по привычке забранные в небрежный хвост на затылке, растрепались и спутались. Чёлка прилипла ко лбу, на белой щеке темнел развод от грязи.
Она выглядела жалко и растерянно. Юта не узнавала эту девушку, но когда взялась отряхивать помятый пиджак и голубые, в пыли и грязи, джинсы, та повторяла все её движения.
От страха и нервного напряжения хотелось плакать, — к горлу подступил ком. В голове никак не укладывалось, что случившееся произошло взаправду.
А ведь ещё час назад она понятия не имела, что испытывает человек, чья жизнь висит на волоске.
***
Час назад Юта сидела в помещении пресс-центра вместе с парой десятков других журналистов. Было жарко и душно. Несколько вентиляторов под потолком работали слабо, натужно, гоняя липкий горячий воздух по комнате, но совершенно его не остужая. Юте хотелось сбросить с плеч чёрный шёлковый пиджак, но дресс-код не позволял. Вместо этого она закатала рукава и стала обмахиваться программкой мероприятий, какие лежали на каждом стуле.
Небольшой зал на третьем этаже «Глобуса» уже на две трети заполнился людьми. Чёрные глазки объективов фото и видеокамер ловили пока пустующее место за столом, на котором был установлен микрофон.
Среди знакомых и незнакомых лиц Юта заметила ведущую «Первого Новостного Канала», а также Лидию Ковальски — одного из самых крупных независимых репортёров города. Все сливки журналистского сообщества собрались здесь. Всё было готово к обращению мэра Гованса. И оно обещало стать одним из крупнейших новостных событий года.
Наблюдая за потоком непрерывно прибывающих людей, Юта рассеянно крутила в пальцах небольшой серебристый диктофон. Она верила, что он приносит ей удачу и никогда с ним не расставалась. Юта была убеждена, что именно на него запишет главное интервью своей жизни, после чего её карьера круто пойдёт вверх.
Диктофон был подарком её первого редактора — Кирли Коул. На самом деле Юта думала о Кирли, скорее, как о старшей сестре, чем как о своём руководителе. Именно Кирли была тем человеком, кто впервые принял её статью к печати. Женщина сумела разглядеть у семнадцатилетней девочки настоящую журналистскую хватку, бунтарский взгляд на мир и бойкий слог.
Теперь Кирли работала главным редактором в «Первой Полосе» — крупнейшей газете в городе. Эта должность давала ей большие привилегии. Только благодаря Кирли Юта получила эксклюзивное приглашение на экстренную пресс-конференцию, созванную мэром.
Сама Юта так и не пристала ни к какому регулярному изданию. Вместо этого она предпочла выпуск собственного небольшого интернет еженедельника. Но до сих пор свято следовала правилам, которым научила её Кирли.