– Верно. – Лорд Уиттем отпустил Аби, продолжая описывать вокруг нее круги. – Очевидно, они входили в состав одной группы. Одинаково радикализированы. После объявления ее брата про́клятым она бежала из Кайнестона, зная, что, несомненно, будет раскрыта. Добралась до Риверхеда, чтобы принять участие в организации новых беспорядков.
– Что?! – Аби не верила своим ушам. – Дженнер, ты знаешь, где я была. И ты был там вместе с нами.
– Да, сначала ты поехала в Хайвитель к Мейлиру… – ответил Дженнер, сильнее сжимая ее руку. Его голос зазвучал как-то неестественно, словно он произносил заранее заученный текст. – Мейлир открыто признался, что подстрекал простолюдинов к мятежу. И вы вместе с ним решили, что ты должна отправиться в Риверхед и попытаться добиться успеха там, после того как твой брат потерпел неудачу в Милмуре. Бедная, одурманенная Дина Матраверс, которая никогда и ни в чем не могла отказать Мейлиру, согласилась вам помогать. Вы решили, когда вы развернете забастовку в Риверхеде, Дина выманит на встречу свою сестру.
– Дженнер, нет! – Аби снова попыталась вырваться. – Что ты говоришь?! Ты же знаешь, что в этом нет ни слова правды.
Аби вскрикнула, когда лорд Джардин ударил ее по лицу.
– Глупая девчонка! – рявкнул он. – Правда не в том, что случилось, а в том, во что люди поверят. Мне удалось избавиться от этой безмозглой сучки Бодины, не вызвав подозрений у ее сестры. Но устранение ее лишило меня главной героини в этой драме. Среди задержанных, разумеется, есть женщины. Но самые лучшие сказки те, где минимум вымысла. Все складывается как нельзя лучше: мой средний сын, недавно осознавший свои обязанности парламентария и наследника, пришел ко мне после твоего телефонного звонка и сказал, что нашел мне нового Ангела Севера. Да, я думаю, в финале спектакля ты прекрасно исполнишь эту роль.
Этот кошмар обрушился на Аби так неожиданно, что она едва могла соображать. Она обернулась, чтобы посмотреть на Дженнера. Попыталась поднять к нему руки, но тот все еще держал их – так крепко, как наручники сковали руки Рени.
– Он заставил тебя сказать все это? Дженнер, пожалуйста, это же не ты!
– Теперь я наследник, Аби. Впервые я узнал, как сильно моя семья ценит меня. И отец сказал, что Крован способен не только отнимать Дар, что со временем он сможет его возвращать. Надо только немного подождать. Я говорил вам всем в Хайвителе, что ради обретения Дара я готов на любую жертву.
– Я любила тебя… – произнесла Аби.
Это было и признание, и обвинение.
– И я о тебе заботился, – ответил Дженнер с мягкой грустной улыбкой на губах. – Но я думаю, что могу сделать лучшую партию, нежели обычная простолюдинка, не так ли? Ты будешь объявлена про́клятой и воссоединишься со своим братом. В каком-то смысле ты к этому стремилась.
– Про́клятая?! – лорд Джардин расхохотался. И от этого смеха Аби задрожала. – Ты знаешь, чем закончится эта история, Дженнер. Пятничной Кровавой ярмаркой. Хватит этой слезливой чепухи.
Похолодев от ужаса, Аби повернула голову к Дженнеру – станет ли он протестовать? Но лорд Джардин уже стоял между ними. Он прижал свои толстые пальцы к ее лбу, и Аби погрузилась в кромешный мрак.
– Надо же, снова вертолет. Уже надоело, – саркастически процедил Джул. – Это ты, Люк, во всем виноват. Пока ты не появился, у нас была хорошая, спокойная жизнь.
Люк с недоумением посмотрел на друга, но сердце его тревожно забилось: на первом вертолете прилетели Мейлир, Дина и Аби. На втором – Сильюн Джардин. Кто на этот раз?
Он заерзал в своем кресле, не в силах продолжать чтение исторических хроник о замке и семье Крованов – трухлявый фолиант, который он держал в руках. Люк перерыл все полки в библиотеке в поисках сведений, проливающих свет на то, что случилось той ночью у Последней двери. Он был уверен, что раскрыл тайну Койры. Но, учитывая, что теперь его жизнь – и ее тоже – зависит от того, смогут ли они оба живыми выйти из Последней двери, ему нужно собрать как можно больше информации, которая могла бы ответить на все вопросы, мучившие его.
– Это женщина, – объявил Джул. – И одна.
Как и в прошлый раз, все гости побежали на лестничную площадку, чтобы посмотреть на визитера. Оставшись в одиночестве, Люк еще раз перечитал отдельные параграфы. Чего-то важного он не понимает. Но чего именно?
Восемь веков назад, когда шотландские мормэры щедро поливали землю кровью в борьбе за власть, претендент на трон короля и его сын были убиты в стенах собственного замка коварным гостем. Это напугало мормэра Крована и заставило предпринять меры, исключающие подобное убийство в его замке.
И тогда появились Дверь часов и Последняя дверь. Только с позволения лорда или его наследника гость мог живым выйти из замка. Но это не сделало Крованов отверженными, напротив, стало знаком доброй воли для всех, кто переступал порог замка, который стал местом, где велись переговоры между соперничающими сторонами. «На эту добрую волю рассчитывал Джексон», – с грустью подумал Люк, закрывая книгу. Если бы только Крован был столь же благороден, как и его средневековые предки.
