Он лежал на мне неподвижно — и наконец окаменевшие мышцы расслабились и отяжелевшее тело вдавило меня в матрас. Услышав мой судорожный вздох, Джейми перекатился на бок.
В желудке у него заурчало, и мы расхохотались.
— Не успел поужинать?
— Сперва не мог — боялся, вдруг начнутся колики. А потом было некогда. Здесь есть чем перекусить?
— Нет, — с сожалением отозвалась я. — Были яблоки, так до них добрались дети Чишолма. Прости, я о тебе не подумала.
Я ведь знала, как редко он ест перед ответственным делом, но совсем забыла, что и после ему не дадут спокойно поужинать, потому что каждый захочет «сказать всего пару словечек, сэр».
— У тебя было много других дел, саксоночка, — насмешливо отозвался Джейми. — Не кори себя, потерплю до завтрака.
— Точно? — Я выпростала ноги из-под одеяла. — Там много чего осталось, я могу сходить, если сам не хочешь, и…
Он взял меня за руку и затянул обратно в постель — еще и обнял, чтобы я наверняка никуда не делась.
— Нет уж, — решительно возразил Джейми. — Это, возможно, последняя ночь, которую я провожу в постели с женой. Не хочу вставать — и тебя отпускать.
— Хорошо.
Я послушно прильнула к нему, радуясь, что никуда не надо идти. В нашу спальню без крайней необходимости никто не сунется, но стоит спуститься вниз, как все тут же налетят с вопросами, просьбами, советами… Лучше уж лежать здесь, нежиться в кровати и наслаждаться друг другом.
Свечи я затушила, очаг почти прогорел. Надо бы встать и подкинуть дров… Ладно, пусть потухает, все равно скоро утро.
Несмотря на тяготы дороги, путешествия я ждала с нетерпением. Оно манило новизной и приключениями, обещавшими разнообразить унылые будни, полные стирки и свар. И все же Джейми прав — сегодня мы последний раз за долгое время сможем посибаритствовать.
Я потянулась, наслаждаясь мягкостью перины и гладкостью простыней с легким ароматом розмарина и бузины. Кстати, упаковала ли я постельные принадлежности?..
Сквозь ставни доносился голос Роджера, сильный, но уже хриплый от усталости.
— Пора бы Дрозду в кровать, — с легким неодобрением заметил Джейми. — Если он хочет как следует попрощаться с женой.
— Господи, Бри и Джемми ушли давным-давно!
— Малыша, может, и уложили, а вот девочка еще там. Я только что слышал ее голос.
— Правда? — Я прислушалась, но ничего не разобрала за шумом аплодисментов, которые Роджер сорвал очередной песней. — Наверное, решила остаться рядом с мужем. К утру мужчины совсем выбьются из сил… не говоря уж о похмелье.
— Лишь бы в седле держались, а там пусть хоть все кусты заблюют, — дипломатично заверил Джейми.
Я подтянула одеяло, укутывая плечи. Роджер со смехом отказывался петь новую песню. Мало-помалу шум во дворе утих, хотя порой доносилось бульканье, когда трясли бочонок с пивом, выжимая из него последние капли.
В доме послышалась возня: младенческий плач, шаги на кухне, сонное попискивание малышни, разбуженной мужчинами, сердитое увещевание женщин…
После долгой прогулки с Джемми у меня ныли ноги, шея и плечи. Сон, однако, не шел, я не могла отключиться от внешнего мира, отгородиться от него глухими ставнями.
— Помнишь все, что ты сегодня делал?
Порой по ночам мы затевали игру: припоминали во всех подробностях, чем занимались, что видели или слышали… Практически вели устный дневник — а заодно лучше узнавали друг друга. Мне нравились отчеты Джейми, но сегодня он был не в настроении.
— Только как мы закрыли дверь этой спальни. — Он дружески ущипнул меня за ягодицу. — Зато что было после — во всех подробностях.
— Это я тоже хорошо помню, — заверила я и пощекотала пальцами ног его ступни.
Больше мы не разговаривали. Звуки внизу утихли, понемногу сменяясь разнокалиберным храпом. Я старалась уснуть; невзирая на усталость, ничего не выходило. Перед глазами то и дело вспыхивали разные сцены сегодняшнего дня. Миссис Баг с метлой, Герхард Мюллер в грязных сапогах, общипанный виноград, клубок квашеной капусты, круглая розовая попка Джемми, десятки Чишолмов, носящихся по дому… Пытаясь выбросить из головы лишние мысли, я принялась составлять список необходимых лекарств.
Однако стало еще хуже: вскоре сон и вовсе меня покинул, когда я представила, как мой медицинский кабинет разносят ко всем чертям, Бри, Марсали и дети подхватывают странную заразу, а миссис Баг затевает кровавый бунт…
Джейми лежал на спине, сложив на животе руки, будто фигура на надгробии. Глаза у него были закрыты, но во сне он хмурился и шевелил губами, словно спорил сам с собой.
— Ты так громко думаешь, что даже мне слышно, — улыбнулась я. — Или ты считаешь овец?
Он сразу же распахнул глаза и грустно усмехнулся.
— Вообще-то свиней. Причем в углу постоянно маячит белая тварь…
Я рассмеялась, положила голову ему на плечо и глубоко вздохнула.
— Нам и правда стоит поспать, Джейми. Я так устала, что даже кости ноют, а ты ведь встал гораздо раньше.
— Угу…
Он обнял меня, укладывая поудобнее.
— Этот крест… От него дом не загорится? — вспомнила я еще один повод для тревоги.
— Нет. Он уже давно прогорел.
Огонь в очаге потрескивал на ложе пылающих углей. Я перевернулась, глядя на пламя.
