Джейми задумчиво провел рукой по лицу. Да, это проблема: милиции нужны люди и продовольствие из Браунсвилла — но Браунов не призовешь, потому что они тут же попытаются убить Мортона. Заплатить же Мортону из личных средств Джейми не мог. Судя по гримасе, он подумывал прикончить Мортона своими руками — только это тоже был не самый разумный выход.
— Может, пусть он просто женится на этой девушке?
— Я уже предлагал, — ответил Фергус. — К сожалению, у мистера Мортона есть супруга в Гранит-Фолс.
— А почему Брауны за ним не погнались? — Джейми, само собой, думал о своем. — Если враг приходит в твои земли, его преследуют и убивают.
Фергус кивнул, должно быть разделяя эту традицию горцев.
— Они хотели. Однако
В его голосе отчетливо слышалась насмешка.
— Что же он сделал? — поинтересовался Джейми.
— Спел им, — весело отозвался Фергус. — Пел почти всю ночь. Вся деревня собралась его послушать. Кстати, здесь шестеро мужчин подходящего возраста и, как я уже сказал, две дамы
— Хорошо. Малышку надо покормить. Скажи Мортону, что я загляну позже.
Он направил коня к таверне. Я подтолкнула кобылу пятками, следуя за ним.
— Что будешь делать с Браунами?
— Господи! — в сердцах выпалил Джейми. — Да если б я только знал!
Наше прибытие в Браунсвилл с ребенком на руках переполошило всю деревню. Роджер облегченно выдохнул, хоть тут же вновь расправил плечи, принимая самоуверенный вид. Я опустила голову, пряча улыбку, и покосилась на Джейми: заметил ли он? Тот старательно отворачивался — значит, заметил.
— Молодец, справился, — словно невзначай обронил он, хлопая Роджера по плечу.
Роджер небрежно кивнул, хотя лицо у него просветлело, будто озаренное свечой.
Юная мисс Бердсли подняла настоящую суматоху; одна из кормящих матерей тут же забрала малышку и приложила к груди, вручив мне взамен своего ребенка. Трехмесячный карапуз чуть недоуменно взглянул на меня, но возмущаться не стал, только выпустил пару пузырей.
Нас сразу же засыпали вопросами и домыслами, однако рассказ Джейми о событиях на ферме — урезанный и подправленный — положил конец спорам. Даже девушка с заплаканными глазами (та самая возлюбленная Исайи Мортона) забыла о своей печали и слушала с открытым ртом.
— Бедняжечка, — причитала она, глядя на младенца, яростно сосущего грудь ее кузины. — Значит, осталась вовсе без родителей…
Судя по тяжелому взгляду на отца, в сиротстве она видела одни лишь преимущества.
— Что теперь станется с малышкой? — рассудительно заметила миссис Браун.
— О, мы о ней позаботимся, дорогая. С нами она будет в безопасности!
Муж ободряюще похлопал ее по руке, а сам переглянулся с братом. Джейми это заметил и открыл было рот, но потом пожал плечами и стал что-то обсуждать с Генри Галлегером и Фергусом, двумя пальцами постукивая по ноге.
Старшая мисс Браун подалась ко мне, но в комнату вдруг ворвался ветер, взметнул на окнах шкуры и засыпал всех снежными брызгами. Женщина тихонько вскрикнула от испуга и, забыв про любопытство, бросилась закрывать окна.
Пока мисс Браун воевала со шкурами, я выглянула наружу. Буря разыгралась не на шутку. Снег валил пеленой, залепляя сугробами черные рытвины дороги. Кажется, отряд милиции на какое-то время здесь застрянет. Мистер Ричард Браун, хоть и не без недовольства, предложил нам приют еще на одну ночь, и милиционеры разместились по хижинам и сараям деревушки.
Джейми вышел, чтобы взять из седельных сумок наши вещи, а заодно проверить лошадей. А еще, скорее всего, поговорить с Исайей Мортоном, если тот, несмотря на пургу, до сих пор прятался в конюшне.
Интересно, что Джейми будет делать с этим горским Ромео? Правда, размышлять времени не было: уже темнело, и меня вовлекли в суматоху, поднявшуюся возле очага: перед женщинами встала необходимость приготовить ужин на сорок лишних ртов.
Джульетта — то есть младшая мисс Браун — угрюмо сидела в углу и помогать отказывалась. Впрочем, она охотно взяла на себя заботу о девочке Бердсли, укачивала ее и пела колыбельные, даже когда девочка давным-давно заснула.
Фергуса и Галлегера отправили за козами; они вернулись только к ужину, грязные, промокшие насквозь, с обледенелыми бровями. Козы тоже замерзли, болтая распухшими красными выменами, полными молока. Они были рады вернуться в лоно цивилизации и потому задорно скакали и блеяли.
Миссис Браун со своей золовкой отвела коз в сарай, чтобы подоить, а я осталась присматривать за котелком с рагу и Хирамом, которого разместили в самодельном загоне из перевернутого стола, двух стульев и сундука. Хижина представляла собой одну большую комнату с чердаком и кладовой, всю заставленную вещами: столами, скамьями, бочонками пива и связками шкур; в одном углу примостился прядильный станок, в другом — высокий комод с часами (на которых красовались донельзя нелепые купидончики), у дальней стены — кровать и два сундука, а на колышках у двери висела груда одежды, так что раненый козел вполне вписывался в обстановку.
