Непосредственно в поле зрения находились только двое из задействованных в операции: коротко стриженый парень быковатого вида и девушка в кожаной куртке. Они сидели почти без движения, трогательно обнявшись под зонтиком, в окружении мокрых скамеек и луж уже часа полтора кроме них в скверике был только бронзовый грустный Пушкин.
Разглядывая парочку, Курьев с сожалением отметил, что молодежь в криминальных структурах подрастает хорошая, дисциплинированная, но без стиля и воображения. До настоящих профессионалов хотя бы ментовского "наружного наблюдения" ей ещё расти и расти.
Человек по прозвищу Куря припомнил сегодняшнюю встречу в офисе напротив Смольного. Ему даже толком не удалось доложить о том, что рассказал перед смертью полковник.
- Ясно, сынок... Потом! Это все потом.
- Когда?
- Сначала надо дельце одно до ума довести. Срочно!
Булыжник пребывал в каком-то необычном, несвойственном для него возбуждении, и Курьев даже подумал, что старый вор "под кайфом":
- А где Валерий Николаевич?
Офис принадлежал одной из многочисленных то ли медицинских, то ли фармацевтических фирм Болотова, но самого хозяина на месте не было.
- Работает... Трудится!
- Он же сам меня вызвал сюда.
- Правильно сделал, - Булыжник вовсе не укололся и даже не обкурился анаши:
- Рогова повидать хочешь?
- Взяли? - Дернулся Куря.
- Нет. Но бабу, у которой он на хате переночевал, знаем.
Курьев побагровел:
- Говорит?
- Пока не спрашивали.
- Дайте мне её, с-суку!
Булыжник покачал головой - даже ему иногда становилось не по себе при взгляде в темные, чуть раскосые глаза собеседника:
- Рано. Вдруг вернется наш дружок?
Курьев потрогал шрам на щеке:
- Понятно... Где это? Куда ехать?
... Самое сложное было - дождаться, пока хозяйка выйдет из дому. Замок открыли почти мгновенно, ещё несколько минут потребовалось на то, чтобы "зарядить" квартиру техникой.
- Порядочек там? - Делая последнюю радиозакладку вполголоса спросил очкарик лет тридцати. - Раз, два, три...
- Нормально, - отозвался снизу, из машины Курьев.
Специалист захлопнул чемоданчик и вышел на лестничную площадку. Вместе с ним парадную тут же покинула группа прикрытия, состоявшая из вооруженных людей с подлинными удостоверениями федеральной спецслужбы.
С этого момента оставалось только ждать сообщений от тех, кто "вел" Дарью.
- Диспетчер! Это грузчики... - ожил вскоре динамик.
- Слушаю.
- У нас контакт. Мужчина.
- Приметы? - Курьев инстинктом охотника почувствовал близость удачи. Проверьте!
Но наблюдатели и сами уже сравнили оригинал с фотоснимком:
- Диспетчер, это он.
- Отлично. Держите плотно!
Вскоре последовало сообщение:
- Она что-то передала... Разделяются... Наши действия?
Можно было, конечно, продолжить работу одновременно по двум "обьектам", но Курьев не захотел рисковать:
- Переключайтесь.
- Понятно, диспетчер.
Рогова незаметно сопроводили до парадной:
- Дальше грузим?
- Нет, оставьте.
Когда Виктор сунул ключ в замочную скважину, на панели приборчика перед Курьевым вспыхнул рубиновый огонек. Завертелась лента магнитофона - в режиме записи и воспроизведения.
Впрочем, первая информация поступила не из квартиры, а с "точки" в соседней парадной. Наблюдатель сообщил:
- Хозяйка возвращается. Одна.
И лишь потом в наушниках раздались слова Виктора:
"Долго ты."
"Заждался? Помоги! Отнеси на кухню, пожалуйста."
... Силуэт у правого переднего окошка автомобиля Курьев увидел чуть позже, чем надо. Уверенная рука потянула дверцу к себе, и на сидение рядом с водительским опустился прилично одетый мужчина:
- Убери. Все равно бы не успел.
Курьев поморщился и снял палец со спускового крючка пистолета:
- Рискуете, Антон Эдуардович!
- Говорю: не успел бы...
- Я не об этом. - Курьев сдвинул наушники так, чтобы слышать собеседника, но при этом не пропустить что-нибудь важное из разговоров в квартире:
- Вдруг увидят нас вместе?
- Не увидят, - собеседник был спокоен:
- Болотов "трет" с азербайджанцами по поводу наркоты, Булыжник товарища Спиригайло поджидает...
- Зачем?
- Конкуренция, - пожал плечами Антон Эдуардович.
Они все понимали с полуслова - усевшийся рядом человек был такой же, как Курьев, только знал больше красивых, умных слов и носил рубашку с галстуком.
- Туда ему и дорога, старикашке...
- Ладно. Что там? - Антон Эдуардович показал на наушники:
- Только коротко. Самое главное.
Курьев доложил насчет Кременчуга, Светловодска и "Красной стрелы". Потом передал содержание разговора Виктора с Карлой.
- Все?
- Да. Если не считать, что он её уже второй раз по койке туда-сюда кувыркает. - Куря прислушался к ровному шороху в динамиках:
- Вот, закончили, вроде. Угомонились.
Антон Эдуардович понимающе осклабился:
- Тяжелое у тебя задание... Вредное для здоровья.
- Ничего. Пусть порезвится, недолго осталось!
Но собеседник опять заговорил серьезно:
- Потом перепишешь мне копию?
- Если получится. Сейчас все нервные стали, подозрительные - и сам Булыжник, и Валерий Николаевич. А я зазря рисковать не хочу, - честно признался Курьев.
- Тоже, в общем, верно. Значит, нервничают, говоришь?
- Да. И очень заметно.
