— Так вот, Джардин помог министру спланировать отправку корпуса. Недавно я узнал о его письме к Джамсет-джи с просьбой о поддержке от бомбейских купцов. Он дал ясно понять, что главная цель экспедиции — вырвать компенсацию за конфискованный опий, и, конечно, первыми ее получат те, кто оказал содействие корпусу.
— То есть вы считаете, что выплаты все же состоятся?
— Я в этом уверен. Как друг Бахрама, я должен вас уведомить, биби-джи: чрезвычайно важно, чтобы кто-то представлял ваши интересы. Поскольку больше некому, вам самой надо ехать в Китай. Я знаю, этого пожелал бы и Бахрам-бхай.
Ширин вздохнула.
— Но вы же понимаете, что для женщины, да еще вдовы, такая поездка весьма затруднительна.
— Помилуйте, европейки, например, разъезжают по всему свету. А вы образованны, владеете английским, вы дочь сета Рустам-джи Мистри, который строил отменные корабли, бороздившие моря и океаны. В чем же трудность?
— Предположим, я поеду, но где я буду жить?
— Я напишу своим друзьям в Макао, они подыщут вам съемное жилье.
Ширин покачала головой:
— Однако много и других сложностей, Задиг-бей. Как такую поездку осилить финансово? Где взять деньги на дорогу? У меня есть только кое-какие припрятанные драгоценности, но Бахрам, знаете ли, не оставил ничего, кроме долгов.
Задиг, возражая, покачал пальцем:
— Это не так, биби-джи. Бахрам был очень щедр к друзьям и много чего им оставил — вот, скажем, мне.
— В смысле? Что он оставил вам?
— За эти годы он преподнес мне массу подарков и многажды оказывал любезность. То есть всю жизнь вроде как одалживал мне. Поскольку вы его вдова, с моей стороны будет правильным вернуть эти долги, оплатив ваш проезд.
Ширин почувствовала, как кровь бросилась в лицо.
— Я вовсе не это имела в виду, я не могу принять ваших денег.
— Почему? — не сдавался Задиг. — Это было бы просто возвратом моего долга Бахрам-бхаю. Даже не так — это стало бы моим вложением капитала. Как получите долю мужа, рассчитаетесь со мной. Если угодно, с десятипроцентной надбавкой.
Ширин покачала головой:
— Пусть так, но что я скажу родным? Они захотят узнать, откуда взялись деньги.
— Скажите правду: мол, припрятали драгоценности и теперь решили их продать. Иного вашим близким знать не нужно.
— Вы не понимаете, Задиг-бей… — Ширин потеребила край сари. — Деньги — всего лишь малая часть проблемы. Я должна учитывать репутацию семьи. Едва станет известно, что я, вдова, намерена в одиночку отправиться в Китай, разразится грандиозный скандал. Возможно, панчаят изгонит меня из общины парсов. И потом, я обязана подумать о дочерях. Они изведутся от беспокойства за меня.
Задиг раздумчиво почесал подбородок.
— Я об этом думал и, кажется, нашел решение. Как вы знаете, Роза, кузина Вико, одно время жила в Макао, где работала на Мизерикордию, католическую благотворительную организацию, опекающую больницы и приюты. Монахини зовут ее обратно, и она хотела бы вернуться, но дорога ей не по карману. Роза охотно составит вам компанию, если будет оплачен ее проезд. Я уже переговорил с ней. Семья не сможет воспрепятствовать вашему путешествию с компаньонкой, верно?
Идея не успокоила, но еще больше расстроила Ширин.
— Как же я устрою нашу поездку? — Она стукнула себя ладонью по лбу. — Это слишком трудно, сама я не справлюсь.
Задиг-бей легко коснулся ее руки.
— Прошу вас, не стоит так огорчаться. Рассуждайте спокойно. Мы с Вико поможем вам все уладить. Знаете, на будущий год мне тоже надо в Китай. И я так устрою, что вы, Роза и я поплывем на одном корабле. Он непременно сделает остановку в Коломбо, где я к вам присоединюсь. Вико известит меня о дате, чтобы я забронировал себе место.
Щеки Ширин уже горели, точно ошпаренные.
— Но что скажут люди, узнав о нашем совместном путешествии? Народ горазд на сплетни.
— А кто узнает? Но даже если вдруг узнают, мы скажем, мол, по чистой случайности оказались на одном корабле. Для меня же, признаюсь, путешествие с вами стало бы истинным удовольствием… — Задиг осекся, кашлянул в кулак и проговорил, как будто исправляя оплошность: — То есть для меня удовольствие быть к вашим услугам в дороге, а в Сингапуре устроить встречу с Фредди.
Ширин прижала ладони к щекам:
— Замолчите, пожалуйста, замолчите! Я не могу решиться вот так — по щелчку пальцев. — Она встала и закрылась накидкой. — Мне нужно время.
Задиг тоже поднялся.
— Биби-джи, не тревожьтесь о мелочах, — тихо произнес он. — Трудности эти надуманные. Как только примете решение, все встанет на место.
Часовщик уже завоевал ее доверие, но пока не хватало духу броситься в омут с головой.
— Позвольте мне все обдумать, Задиг-бей. Как буду готова, через Вико я вас извещу. А сейчас давайте распрощаемся.
