Огненный шторм полностью

Приближаясь к «Вечности», я почувствовал некогда знакомое ощущение. Ощущение присутствия друзей. Мозг «бессмертных» мог воспринимать определенные импульсы, которые неосознанно излучались обычными людьми. Но помимо этого, «бессмертные» могли формировать из этих импульсов определенные осмысленные образы и передавать их друг другу. Бойцы отряда всегда чувствовали присутствие поблизости себе подобных. А сейчас на станции находилось более тысячи «бессмертных», и их объединенное психополе было невероятно сильным. Когда я только вступил в отряд, меня это пугало. Пугало то, что любой «бессмертный» мог прочитать мои мысли. Но с годами я научился препятствовать этому.

Ступив на стыковочную палубу, я уже знал, куда идти, хотя был здесь всего несколько раз. Но даже если бы мне пришлось искать дорогу впервые, то по сильному излучению психополя можно было ориентироваться, как по компасу.

Я пошел по коридору. Там не было обычного оживления, как на других станциях Федерации. Казалось, что все вокруг вымерло. Но присутствие бойцов я мог чувствовать. То, что я уже на станции, поняли остальные «бессмертные». Но они пока тактично не окружали мое психополе общим. И я туда не стремился. Это являлось своеобразной этикой отряда. Пока бойцы не видят друг друга лично, им лучше не вступать в ментальный контакт. Это было подобно тому, когда навстречу по коридору идут два человека. Они уже узнали друг друга, но поздороваются, лишь когда подойдут поближе.

Через минуту после прибытия на станцию я уже был у входа в Зал Сбора. Остановившись, я глубоко вздохнул и только после этого сделал шаг вперед. Автоматические двери передо мной бесшумно разошлись. Я оказался в Зале.

Видимо, я слишком долго не был здесь. В первый момент у меня закружилась голова от почти забытого ощущения. Звезды были везде – слева и справа, над головой и под ногами. Сверхпрочное стекло, из которого был сделан Зал, создавало полное ощущение, что находишься в открытом космосе. Размеры и форма зала также соответствовали этому. Он представлял собой шар диаметром в пятьдесят метров. Три четверти нижней полусферы занимали скамьи, расположенные, как в древнеримском Колизее. На них и размещались бойцы. Скамьи располагались таким образом, что входящий в зал человек чувствовал себя окруженным со всех сторон. Прямо напротив выхода возвышались трибуна и места Председателя Сбора и двух его помощников. Туда же поднимались те, кто хотел взять слово. Это была традиция в чистом виде, так как общение «бессмертных» могло осуществляться мысленно.

Преодолев первое замешательство, я встал в парадную стойку «бессмертных», расставив ноги и заложив руки за спину. Традицию не следовало нарушать.

– Приветствую вас, сестры и братья! – громко произнес я. – Прошу вашего разрешения участвовать в Сборе!

– Можешь пройти, брат! – откликнулась нынешний Председатель Сбора Оксана Кудашева.

Эта женщина была почти так же знаменита своими военными подвигами, как Марина Зайцева. Она одной из первых пришла в отряд и много сделала для процветания Федерации. Кудашева уже не раз выбиралась в качестве Председателя. Фактически она являлась главой отряда, и многие хотели бы ее видеть постоянным Председателем Сбора. Но она нередко уступала это право новичкам, вступающим в отряд. Подобное решение было довольно мудро. Новые бойцы должны были почувствовать, что такое отряд «бессмертных». Здесь нет ни званий, ни наград. Все равны, независимо от того, сколько у тебя боевых заданий – одно или тысячи. Быть в составе «бессмертных» – уже признание огромных заслуг. Таким было разумное решение основателей отряда. Они понимали, что в будущем мощь «бессмертных» будет выше всяких пределов. И споры о том, кто заслуживает больших наград или привилегий, могут вызвать такой конфликт, который приведет к уничтожению самой идеи суперсолдат. Именно поэтому даже в униформе «бессмертных» не предусматривалось никаких знаков отличия и различия.

Я прошел вперед и сел на скамью в третьем ряду. Теперь оставалось только ждать. Общий Сбор предполагал присутствие всех бойцов отряда. Было удивительно сидеть здесь и осознавать, что рядом со мной супербойцы. Это было настолько понятно, что не требовало объяснений. Каждый из тех, кто находился здесь, кровью заслужил это право. Сила каждого бойца отряда была велика, а объединенная боевая мощь всех «бессмертных» казалась просто невероятной. Я содрогнулся от мысли, что мог бы сделать отряд. Ни одна армия в нашей Галактике не смогла бы нас остановить. Именно поэтому Федерация, несмотря на тяжелейшее положение на фронте, верила в победу. Когда придет время действовать, отряд нанесет смертельный удар врагу.

Вскоре я почувствовал изменение в психополе. Все «бессмертные» явились на Сбор. Это был своего рода приказ. И, подчиняясь ему, все бойцы встали.

– Братья и сестры! – громко проговорила Кудашева. – Сбор объявляется открытым! Прошу Игоря Шолохова выйти в центр. Остальных прошу сесть.

Я спустился на нижнюю площадку, по которой прошел, когда входил в зал. Психополе было напряжено. Я замер лицом к трибуне.