Когда вспоминаешь детали рабочего быта ГДЛ, особенно стендовые огневые испытания ЖРД, в памяти встает дворик у стенда, заваленный огромными белыми баллонами с окислителем и горючим и соединительными трубами с крепежными деталями. В эти часы испытаний равнодушных наблюдателей среди сотрудников ГДЛ не было. Все — от слесаря до руководителя опыта — впрягались в самую черновую, такелажную работу, охваченные предстартовым волнением. Это было великое сообщество энтузиастов-ракетчиков, испытывающих "одну, но пламенную страсть" — жажду успеха. Поистине все они были в эти минуты огнепоклонниками. Не обходилось без неприятных последствий. Бывало, испытуемый двигатель попросту взрывался. Но когда стенд стал закрытым и был снабжен набором зеркал, опасность для экспериментаторов была сведена к минимуму. Долгие годы не исчезает ощущение радости от успехов…
Имена главных героев этого повествования увековечены в названиях горных образований обратной стороны Луны, а имя самой ГДЛ носит тысячекилометровая гряда лунных гор. Теперь на месте дислокации второго отдела расположен Музей ГДЛ. На кирпичной стене Иоанновского равелина укреплена бронзовая мемориальная доска с надписью:
Другую (мраморную) мемориальную доску можно видеть на стене Главного Адмиралтейства.
В 1932, 1933 гг. здесь в Иоанновском равелине помещались испытательные стенды и мастерские первой в СССР опытно-конструкторской организации по разработке ракетных двигателей Газодинамической лаборатории (ГДЛ) военно-научно-исследовательского комитета при Реввоенсовете СССР, Здесь производились стендовые испытания первого в мире электротермического ракетного двигателя, первых советских жидкостных ракетных двигателей, разработанных в ГДЛ в 1929–1933 гг. В ГДЛ были заложены основы отечественного ракетного двигателестроения. Выросший из ГДЛ комплекс дважды орденоносного опытно-конструкторского бюро создал мощные двигатели ракет и носителей, выводивших на орбиты искусственные спутники Земли, Луны и Солнца; автоматические станции на Луну, Венеру и Марс, пилотируемые корабли "Восток", "Восход" и "Союз".
Современные многоступенчатые космические ракеты являются устройствами одноразового использования. На Землю они, как правило, не возвращаются, а их детали остаются в космосе, засоряя и без того достаточно замусоренные земными изделиями околоземные орбиты. Сегодня таких искусственных тел насчитывается уже около десятка тысяч. Вследствие неудачных запусков захламляется деталями космических ракет и загрязняются остатками их топлива обширные территории вблизи стартовых комплексов. Особенно пострадали степи Казахстана и северная тундра, где сокращаются оленеводческие угодья. Кроме того, обидно терять такие дорогостоящие объекты, как космические ракеты. Все эти соображения говорят в пользу создания таких ракет-носителей, которые бы возвращались на Землю из космического пространства.
По-видимому, первыми над этим задумались американские ракетчики. В результате около двух десятилетий назад в США была создана система многоразовых транспортных космических кораблей (МТТК). Она была разработана по программе "Спейс-Шаттл" ("Космический Челнок"), которую субсидировало Национальное управление по аэронавтике и исследованию космического пространства (НАСА).
В основу компоновки МТКК положен иной, нежели во всех предшествующих космических кораблях с их последовательным сочленением ступеней, принцип: составные части объединяются в "пакет" параллельно соединяемых блоков. В МТКК "Спейс-Шаттл" таких блоков три. Первый из них содержит два твердотопливных цилиндрических ускорителя, второй — крепящийся к их поверхности огромный бак для водородно-кислородного топлива третьей ступени, которая выполнена в форме аэроплана. В зависимости от названия этой возвращаемой на Землю ступени, весь комплекс получает одно из четырех названий: "Челленджер", "Колумбия", "Дискавери" или "Атлантис".
