– У любовницы. Он за ней заехал по дороге в аэропорт. Ее ребятки попользовали, а потом шею свернули. Был еще один телохранитель… Резвый паренек, – зло сплюнув на землю, заговорил старший, средних лет, но с уже посеребренными сединою висками мужчина. – Даже не ожидали…
– Что с его глазом? – спросил Алхастов. – Выбили, что ли?
– Кое-как в бочку засунули, – вздохнул тот. – Половину пальцев на руках пришлось переломать. Цеплялся за все, что под руку попадало, и орал как резаный.
– Поневоле будешь цепляться, – усмехнулся Гурно. – Не за что попало он цеплялся, а за самое дорогое – жизнь.
Он подошел к бочке ближе и с минуту рассматривал Решетова, как животное в зоопарке.
– Что, козел, жить хочется?
Едва слышно поскуливая, тот усердно закивал.
– Прикажете начинать? – старший выжидающе посмотрел на чеченца.
Утвердительно кивнув, тот отошел в сторону.
– А это кто такие? – на глаза ему попались двое по пояс раздетых мужчин, которые рыли яму недалеко от места расправы.
– Князев Олег Михайлович, его помощник, – отрапортовал один из парней. – Второй – охранник Лосев…
Гурно подошел ближе и поманил пальцем Князева.
С трудом выбравшись из ямы, которая была уже довольно глубока, тот подошел к нему.
– Ты знаешь, что было в компьютерах?
Князев догадался, что чеченец хочет выяснить, какие масштабы имеет утечка информации.
– Да почти все знали, – усмехнулся он. – Когда вы поставили нам жесткие условия, люди сами догадываться стали.
Гурно, кивнув головой, дал понять, что полностью с ним согласен. Затем, задумчиво посмотрев на Князева, спросил:
– Скажи, кто убил наших людей?
Сзади донесся шум газовой горелки, включенной на полную мощность.
– Обещаешь легкую смерть? – невозмутимо, словно речь шла о пустяках, спросил Князев.
– Хм, – Гурно, не скрывая восхищения и удивления, покачал головой. – Ты сильный мужчина. Обещаю.
Князев вкратце пересказал, что знал, о делах группы Филиппова.
Несколько минут стояли молча. Неожиданно Князев заулыбался:
– Знаешь, что мне все это напоминает?
Чеченец пожал плечами:
– Понятия не имею.
– Когда в Древнем Египте хоронили фараона, с ним вместе в могилу уходили любимые вещи, посуда, слуги и жены…
– Значит, Решетов – фараон?! – рассмеялся чеченец. – Кем ты работал раньше, до того, как встретился с этим фараоном?
Последняя фраза потонула в крике Решетова и брани стоящих рядом с ним людей.
Отвлекшись, Гурно посмотрел назад. Решетов дергался так, что выплеснувшаяся вода залила огонь.
Один из парней кинулся запускать горелку заново, но Гурно остановил его окриком. И велел Князеву:
– Иди, подожги ее ты.
Увидев в его глазах смятение, он похлопал Князева по плечу:
– Ты же просил для себя легкой смерти, зачем заставляешь мучиться своего хозяина?
– Может быть, его хотя бы оглушить?
– Нет, это воля Вахи.
Князев, подойдя к месту казни, взял из рук стоящего рядом человека спички и опустился на колени.
В это время Решетов уже не обращал внимания на то, что происходит вокруг. Вода в бочке уже нагрелась. Кроме этого, ему катастрофически не хватало кислорода, и он едва держался в сознании, надышавшись продуктами горения пропана. Широко открыв рот, Решетов глубоко и часто дышал.
Спустя полчаса превратившийся в обезумевшее животное генеральный директор «Моста» уже дико выл. Возле бочки остался лишь человек, в обязанности которого входило запечатлеть все это на видеокамеру.
Разварившееся тело Решетова с выкатившимися из орбит глазами Лось перетащил к яме и сбросил вниз. Тут же застрелили и самого Лосева.
Князева не тронули, а, довезя до города, высадили у первого светофора.
Природа хмурилась нависшими над Москвой свинцовыми тучами.
Проехавшее под арку старого, дореволюционной постройки дома такси, едва слышно скрипнув тормозами, остановилось.
Небрежно сунув водителю несколько сотенных купюр и не дожидаясь сдачи, пассажир – высокий молодой мужчина в темных, несмотря на пасмурную погоду, очках вышел на тротуар.
Дождавшись, когда машина скроется из виду, он вошел в подъезд.
В этом доме уже давно никто не жил. Пахло плесенью, кошками и кострищем.
Поднявшись по скрипучим, местами полностью прогнившим ступенькам на второй этаж, он вошел в пустую квартиру.
Легкий ветерок, свободно гуляющий по комнатам, перекатывал по полу бумажки, играл свисающими со стен обрывками обоев.
Подойдя к оконному проему, он закурил.
Спустя некоторое время скрипнули половицы, и в комнату вошел еще один мужчина:
– Здравствуй, Ваха.
Высокий снял очки и едва заметно кивнул.
Аслан подошел вплотную и положил ему на плечо руку:
– Гурно вернулся. Он рассчитался за наших братьев…
– Я не сомневался в этом. Но он рассчитался не со всеми.
– Знаю. Как тебе удалось уцелеть?
– На дачу к Решетову я заказал девочек по вызову. С ними и приехал в город. Оттуда полчаса электричкой и пересел на скорый. Я был уверен, что только мне угрожает опасность, ведь на остальных у спецслужб ничего нет. А мое фото на каждом столбе. То, что произошло, не предусмотрел.
– Ничего. – Аслан взял его за локоть. – Гурно кое-что привез, и я думаю, что мы разыщем всех шакалов.
– Теперь это мои кровные враги!
Глаза Вахи блеснули гневом.
