— Вот вместо того, чтобы маяться дурью, с бесполезными побегами, лучше бы ты тогда и впрямь в туалет сходила, это первое. И всего этого не произошло бы, если бы ты сама пришла в центр идентификации и зарегистрировалась. это второе. — тихо, но жестко отчеканил он.
— И что потом? Чтобы меня там же повязали?
— Боюсь разочаровывать, но тебя бы в любом случае повязали. Рано или поздно!
Посмотри где ты сейчас! — он обвел руками пространство кабины флайса. — Исход всего был бы один! А так, ты хотя бы не голодала и не попала в те условия, которыми сейчас живо пытаешься меня попрекнуть! Во всем виновата ты сама, вместо того чтобы совершать все те глупости, можно было просто подумать головой!
— В том, что вы явились сюда без приглашения, и творите все, что хотите, тоже виновата я?
— Мы уже здесь и мы никуда не собираемся отсюда уходить. Так что смирись!
— Никогда слышишь, пока дышу, буду сопротивляться! — уселась обратно в кресло, но запал внезапно кончился. А мочевой пузырь продолжал давить… на уши.
— Я действительно очень хочу в туалет, и я намочу тебе салон, если ты не выпустишь меня наружу. И не говори потом, что я тебя не предупреждала. — уже более спокойным голосом произнесла я, понимая что у каждого своя правда. И своими словами я ровным счетом нечего не добьюсь. Так что попридержу свою при себе.
— Идем! — кажется, кто-то все же слегка оттаял. Или обивку сидения стало жалко.
Когда он подошел ко мне и нажал на очередную комбинацию символов, деактивируя браслет, я буквально вылетела из флайса, таща его за собой на буксире.
— Я не буду это делать при тебе! — заявила эта несносная землянка.
— Либо ты это делаешь так, как говорю тебе я, либо мы возвращаемся во флайс, и ты делаешь это в штаны. Мне лично без разницы! — Дэйм понимал, что передергивает. Так не ведут себя с женщиной, пусть она даже трижды примитивна.
Но остановиться не мог, слишком много сильных и противоречивых эмоций она в нем вызывала.
Он держал один конец энергоповодка, исходящего из фиксатора на ее руке, отрегулировав его на расстояние в полтора дорса[18] (примерно три метра прим. автора}.
Девчонка закусила губу, было видно, что она готова одновременно расплакаться от обиды и снова начать пререкаться. Или даже броситься на обидчика. Он невольно восхитился ее стойкостью, и в то же время его грудь на миг стиснул приступ жалости к ней. Так как видок у нее был действительно крайне плачевный. Но память моментально подкинула воспоминания о том, сколько уже проблем она им доставила. И здравый смысл не позволил действовать по-другому. «На войне как на войне девочка, ничего личного».
Землянка, наконец, отвернулась, едва кивнув головой, (видимо увидела решимость в его глазах), и зашла за коротенькие кустики. Поводок ощутимо натянулся.
Возвращались во флайс мы в полном молчании. Внутри, с меня сняли чертов браслет. Чувствовала я себя измочаленной, больше желания спорить и пререкаться не было, впрочем, как и сил. Легла в кресло, отвернувшись к окну, максимально откинувшись на спинку и постаралась устроиться поудобнее. В груди пекло.
Поставила воображаемый жирный плюсик напротив строчки: Пройди квест «ЖИЗНЬ НА ПОВОДКЕ», почувствуй себя собакой.
В тесте под названием «ХУДШИЙ ДЕНЬ В ЖИЗНИ».
Вот ведь, правда, крайне неудачный день.
Очнувшись от сильного шума, я резко подскочила и едва не скатилась на пол, с узкой койки, на которой лежала.
«Мда-а-а-а. Попала, так попала Юль! Чудесно… Чем тебе не тюрьма? Или не казармы?» была первая моя мысль, когда дико озираясь по сторонам, я все-таки окончательно проснулась и вспомнила события минувших дней. После этого захотелось трусливо укрыться подушкой с головой и так и лежать, спрятавшись от всего мира. Чтобы только не встречаться лицом к лицу с новыми жизненными реалиями, в которые меня угораздило-таки на всей скорости вляпаться, и женщинами «сокамерницами», которые меня сейчас со всех сторон окружали. А так же галдели, собирались и приводили себя в порядок и… смеялись?
Они то, и создавали тот самый шум.
Помещение, в котором мы сейчас находились, своей формой и размером очень напоминало длиннющую серую кишку, стены которой были выполнены из какого-то незнакомого мне шершавого материала, немного похожего на пластик. К стенам с обеих сторон были прикреплены двухуровневые подвесные «полки-койки» чем-то напоминающие верхние места в вагоне поезда. Много коек, штук двести не меньше.
Возле половины из них сейчас и копошились взъерошенные женщины, разных возрастов, и комплекций. Все с подселенцами, отметило мое утомленное сознание.
Зашибись.
Я к слову лежала на верхней полке, где-то в середине этой странной комнаты.
Когда вчера вечером, вернее уже поздно ночью, мы с кобелем все-таки добрались до корабля, я сразу же завалилась спать, на тот момент мне было уже глубоко параллельно, где я и куда мне ложиться.