— Как ты вообще снаружи оказалась? Запрещено же — наколола я маленький кусочек тушеного мяса на вилку.
— А я тихо, ни кто и не узнал. Есть у меня один знакомый охранник. Вывел меня наружу, дал возможность по городу часок погулять. Ты не представляешь сколько времени я его обхаживала, все уши прожужжал, вот и смилостивился, — в ее глазах прыгали бесенята.
— Но после того случая я больше ни-ни.
— Ну, ты даешь!
— Да достало уже здесь сидеть, пятый месяц пошел, я тут уже каждый угол на перечет знаю, — смешно надула губы Лиза.
— Согласна, тяжело сидеть в ограниченном пространстве, — отправила в рот очередной кусок с вилки и скривилась, однозначно туда сегодня добавили что-то несъедобное. Отодвинула от себя тарелку, отщипывая от хлеба маленькие кусочки, и отправляла их в рот, запивая их горячим сладким чаем.
— Тебя Влад, поэтому выпускает наружу? Чувствует вину за изолятор, да?
— Не исключено. Хотя сегодня даже поссорились из-за этого, запретил мне выходить.
— Почему? — Лизкины глаза загорелись любопытством.
— А меня едва не поймали на вчерашней вылазке, — вспомнила Эйриса и по коже побежали мурашки.
— И ты так спокойно об этом говоришь?!! А ну хотя ты еще и не такого на корабле должно быть, натерпелась, — она вопросительно уставилась мне в глаза, надеясь услышать интересную историю.
Я молчала, тщательно пережевывая хлеб.
Поняв всю тщетность своих попыток в очередной раз меня разговорить, она переключилась на другую тему. — Ты чего не ешь-то? Вкусно же, я двойную порцию смела, люблю здешний бигус, он у Оксанки особенно хорош.
— Посмотрела на замученную капусту и меня затошнило. — Что-то аппетита сегодня нет.
— Ты сейчас куда? — встрепенулась Лизка.
Я встала, отодвигая стул — Хотела в библиотеку заскочить, не была там еще.
— 0-о-оо пойдем! У меня все романы как раз закончились, надо что-нибудь новенькое взять.
А по дороге в библиотеку меня неожиданно повело и потемнело в глазах, Лизка, видя что мне подурнело, схватилась за меня и помогла дойти до стенки.
— Э-э-э-э мать, да тебе в медпункт надо!
С этим, словом у меня в голове возникла четкая ассоциация. Нафиг! Тем более приступ прошел, и я снова чувствовала себя бодрячком.
— Да нет, вроде прошло уже, просто ночью спала плохо.
— Ну да, ну да, — прищурилась Лизка.
До библиотеки мы добрались без происшествий. Выбрала несколько детективных историй и пару романов, Лизке на руки библиотекарь выдала только одну книгу.
— Вот принесешь другие, тогда бери.
— Ну, Наталья Евгеньевна!
— Знаю я тебе, безалаберная! Все тебе сказала.
— Может, тогда здесь посидим? — спросила меня Лизка, с надеждой заглядывая в мои глаза. — А то я выбрала несколько, и не знаю какую лучше взять, возьму одну, а она мне не понравиться, придется возвращаться.
Я кивнула, идти обратно в нашу с Владом комнату, мне тоже не очень-то хотелось.
Одиночество, думы всякие, бр-р-р-р. Решено, сегодня у нас библио-день.
Просидели с Лизкой внутри до самого вечера, когда пришла домой, меня встретил все еще хмурый Влад.
— Где ты была?
— В библиотеке весь день с Лизкой проторчала.
— Мммм. Ты ужинала?
— Не хочу.
Наутро я не смогла встать с кровати, вернее я попыталась, но перед глазами тут же поплыли черные круги, меня замутило и стало нечем дышать, по телу моментально разошлись жуткая слабость и дрожь.
— Да что за нахрен!!! — упала я обратно в подушки.
В комнате по закону подлости я находилась одна, Влад пораньше убежал по делам.
Пришлось ползком добираться до санузла, где меня болезненно вывернуло наизнанку, а поскольку я вчера практически ничего не съела, то и рвать мне было особенно нечем. На этом силы на подвиги у меня закончились, и я поняла, что доползти обратно до кровати просто не смогу. Я плавала в состоянии полубреда, периодически на меня накатывали очередные приступы тошноты, а сил не было даже на то, чтобы дотянуться до воды. Там меня и нашел Влад чесов так через пять, или меньше. Или больше…
— Кажется, я заболела, — только и успела сказать ему, перед тем как в очередной раз отправиться в небытие.
За последние несколько месяцев стало дурной тенденцией постоянно, по поводу и без, хлопаться в обмороки. Раньше, мне хоть другие в этом помогали, а теперь и сама бпагополучненько так справляюсь с этой задачей.
Когда открыла глаза, первое что я увидела, стоило мне немного проморгаться и собрать в кучу глаза, было заплаканное лицо моей матери, и хмурая складка между бровями отца, стоящего в углу палаты.
— Привет солнышко, как ты?
Я переводила взгляд с одного на другую, силясь понять. что тут происходит.
— Мама, папа, что вы тут делаете?
Я бегло осмотрелась по сторонам, из вены на локтевом сгибе торчал прозрачный шланг ведущий к высокому штативу с висящей на нем капельницей, и поморщилась. Не люблю иглы, и шприцы.
— Мы что, не можем прийти к своему ребенку-у-у? — у мамы получился обиженный вой, от которого меня внутренне передернуло.
— Так, мам. А ну-ка успокойся, ты меня пугаешь. — посмотрела на нее внимательнее, хотя было достаточно сложно сфокусироваться, перед глазами все плыло. — Я что умираю?