Дана провела пальцем по его волосатой груди, не отрывая взгляда от невероятно синих глаз. Можно было подумать, что, поскольку они такие ясные, по ним можно прочесть все, что таится в душе. Однако она знала – никому не ведомо, что творится в душе Янси.
Как только он заявил убийственным тоном, как отделает Шелби, если тот подведет их, Дана подольстилась к нему и увлекла обратно в постель. Это было нелегко. Тело Янси было похоже на провод под напряжением и могло ударить током в любой момент.
Он не расслабился даже после того, как она рассказала ему то немногое, что узнала об идее насчет парка отдыха.
– Прежде чем это произойдет, негодяй будет корчиться в аду, – в сотый раз повторил Янси.
Она прикасалась к нему, желая и надеясь успокоить. Янси поймал ее палец, поднес к губам и пососал.
– О-ох! – простонала она, ощущая тепло между бедрами.
– Ну и как?
– Это уж слишком. Я…
Он улыбнулся.
– Давай говори.
– Нет.
– Трусишка.
– О’кей, я возбудилась. – Дана сморщила нос. – Удовлетворен?
– Пока. – Он усмехнулся, а потом гримаса исказила его лицо и он затих.
Дана знала, что он снова думает о Шелби и земле. Она уже почти жалела, что рассказала ему. Мало того что испортила эти драгоценные часы, но и навлекла на себя неприятности.
– Я никогда не занимался любовью так, как с тобой.
Эти неожиданные слова отозвались огнем в самом чувствительном месте Даны.
– Даже с женой? – Ее голос дрогнул.
– Даже с женой.
Они помолчали несколько секунд, пока Янси не нарушил тишину:
– Ты все перевернула во мне с тех пор, как появилась в городе.
– Янси, я…
– Я знаю. Я тоже. Это нелегко, и мы пока не готовы. – Он понизил голос. – Но я не могу не видеть тебя.
– Я чувствую то же самое, только…
– Только у тебя есть работа, которую ты должна сделать.
– Если уж речь зашла о работе, ты знаешь, что меня уволили?
Янси недоверчиво взглянул на нее.
– Уволили? Тебя?
Она кивнула:
– Да, потому что мне запретили делать о тебе статью и приказали вернуться в Ричмонд.
– Черт, ничего не понимаю. Я думал, тебя послал сюда твой босс.
Дана отвела глаза под его пристальным взглядом.
– Не совсем так.
– Что это значит?
– Это значит, что журнал, на который я работаю, не посылал меня сюда. Все гораздо сложнее. – Дана объяснила, зачем приехала в город и что с тех пор выяснилось.
– Ты в дерьме.
– Я смотрю на это иначе.
– Надеюсь, черт побери, ты не думаешь, что это я позвонил твоему боссу? – взорвался он.
– Я не исключала такой вариант, но теперь знаю, что это не ты.
– Спасибо большое. – Он помолчал. – Так что же, выходит, работа в «Ишьюз» – это твой шанс?
– Да.
– Но только если материал обо мне станет гвоздем номера?
– Да. Я собиралась написать статью, которая стала бы сенсацией года.
– Понятно.
На губах Даны появилась улыбка.
– Нет, если судить по твоему лицу. Кажется, тебе понравилось, что меня уволили.
– Именно так. – Он кивнул и улыбнулся.
Дана сдавленно застонала.
– Итак, каково твое заключение? Ты думаешь, я заслуживаю Нобелевскую премию?
– Я еще не закончила свои изыскания, – честно призналась она. – Если остановятся на тебе, я не буду возражать.
– Весьма тронут.
– Так когда я смогу увидеть тебя за операционным столом?
– Ты хочешь посмотреть? – удивился он.
– Конечно. И еще хочу посидеть на лекции и увидеть тебя в лаборатории.
Он легонько щелкнул ее по носу.
– Никаких проблем. Пожалуйста.
– Правда?
– Моя работа ничем и никем не ограничена. Она – это я сам, Дана, все, что у меня есть, и все, что когда-нибудь будет.
«Но ты мог бы иметь еще и меня», – подумала она.
– Ну и каково твое мнение? – настойчиво спросил он.
– Я на твоей стороне.
– Ты не считаешь меня врачом, допустившим халатность? Не думаешь, что это я украл деньги?
– Нет. Я убеждена, что обвинения сфабрикованы. – Она рассказала Янси о третьем свидетеле и случайной встрече с адвокатом Ньютона Андерсона.
– Пожалуй, с тобой можно согласиться. Но смешно думать, будто комья грязи, брошенные в меня, испачкают весь проект.
– Вероятно, кто-то считает по-другому. Я уверена, что лжесвидетелям хорошо заплатили.
– Если ты права, то они затеяли игру с Шелби. Ну погоди, я поговорю с этим жадным сукиным сыном! – Янси сжал кулаки.
– Мне кажется, кто бы ни стоял за иском по злоупотреблению служебным положением, тот же стоит и за пропажей денег, – сказала Дана. – Кто-то сообщил об этом в газету, но не я.
– А как насчет этого идиота Рамзи?
– Я сомневаюсь, что он бы посмел, особенно после того, как ты чуть не оторвал ему голову.
Янси задумался.
– Тогда остается Герман Грин. Кстати, он состоит в комитете.
– Почему ты подозреваешь его, ведь деньги исчезли из его кабинета?
– Черт, даже не знаю. Возможно, всего лишь ищу козла отпущения. Между прочим, я завернул в офис Грина, желая узнать, имел ли он отношение к тому дерьму в газете.
– И как он себя вел?
– Заволновался. Не могу дать голову на отсечение, но тут что-то не так. – Янси помолчал. – Мне все это надоело, и я позвонил своему другу, частному детективу, – попросил последить за Грином.
– И?..
– Пока ничего не слышно.
– Ты думаешь, Грин сам стащил деньги?
– Звучит бредово, но Грин что-то финтит насчет поимки преступника.