Огни Небес полностью

Второй мужчина, рослый, с белыми прядями на висках, отличался особой красотой. Он поигрывал чеканным золотым кубком, откинувшись на спинку трона, иным словом изукрашенное драгоценными камнями творение не назовешь. Золото просматривалось лишь кое-где, намеком, но Найнив ни капельки не сомневалась, что под сверкающими рубинами, изумрудами и лунными камнями — чистое золото. Массивное кресло только добавляло смуглолицему внушительности.

— Он сосредоточится на тебе, — глубоким голосом промолвил высокий мужчина. — Если понадобится, тот, кто близок ему, умрет — явно по твоему приказу. Он кинется на тебя. И пока он будет заниматься тобой, мы втроем, соединившись узами, захватим его. Разве что-нибудь в этом плане изменилось?

— Ничего не изменилось, — прорычал мужчина со шрамом. — А менее всего мое доверие к вам. Я обязательно буду в цепи, или считайте все конченным сейчас.

Золотоволосая женщина рассмеялась, запрокинув голову.

— Бедняжка, — с издевкой промолвила она, поведя в его сторону рукой в кольцах. — По-твоему, он не заметит, что ты будешь в нашей цепочке? Не забывай, у него есть учитель. Хоть и плохой, но все же не круглый дурак. В следующий раз еще попроси привлечь к делу достаточное число этих несмышленышей из Черной Айя. Они образуют кольцо из тринадцати и уступят контроль над собой тебе или Равину.

— Если Равин доверяет нам настолько, чтобы связаться с нами узами, и готов позволить вести кому-то из нас, — произнесла тем же мелодичным голосом невидимая женщина, — то и ты можешь выказать такое же доверие. — Рослый мужчина глядел в свой кубок, а облаченная в дымку женщина снова заметно улыбнулась. — Если ты не способен поверить, что мы не сговоримся против тебя, — продолжал тот же голос, — тогда поверь, что мы будем следить друг за другом, чтобы никто из нас не предал. Ты ведь согласился со всем этим, Саммаэль. Почему же теперь начал юлить?

Найнив вздрогнула, когда Бергитте коснулась ее руки…

…и они вновь оказались возле фургонов, луна так же сияла сквозь облака. Окружающее казалось почти обыденным по сравнению с тем, где Найнив довелось побывать немногим ранее.

— Почему… — начала было Найнив, но ей пришлось сглотнуть вставший в горле комок. — Почему ты перенесла нас оттуда? — Сердце ее рвалось из груди. — Нас заметила Могидин?

Найнив так увлеченно следила за другими Отрекшимися — те являли собой причудливую смесь обыденности и чужеродности, — что совсем позабыла приглядывать за Могидин. Бергитте покачала головой, и у Найнив вырвался нервный вздох облегчения.

— Едва ли я хоть на миг отвела от нее взор, а она ни единым мускулом не шевельнула, — промолвила Бергитте. — Но мне не нравится, когда я настолько открыта. Если б она взглянула вверх, или кто-то из тех четверых…

Найнив, как она ни куталась в свою шаль, бил озноб.

— Равин и Саммаэль. — Как бы ей хотелось, чтоб голос ее не был таким хриплым. — Других ты не узнала?

Разумеется, Бергитте их узнала; глупо было спрашивать, но Найнив от потрясения была сама не своя.

— Спинка стула скрывала Ланфир. Другая — Грендаль. Не считай ее глупой лишь потому, что она развалилась в кресле, при виде которого смутится и содержатель клетушек Сендзе. Она хитра, а своих любимых зверюшек использует в ритуалах, от которых самый грубый солдат, какого я знала, поклялся бы и близко к женщине не подходить.

— Грендаль хитра, — раздался голос Могидин, — но не слишком.

Бергитте крутанулась на голос, мелькнула в лунном свете серебряная стрела, почти натянулся серебряный лук — и лучницу вдруг отшвырнуло прочь. Она пролетела шагов тридцать и тяжело врезалась в фургон Найнив. Удар был настолько силен, что Бергитте отбросило шагов на пять от фургона. Она упала наземь и замерла.

Найнив отчаянным рывком потянулась к саидар. Сквозь ярость пробивался страх, но гнева хватало — однако она будто налетела на невидимую стену, отделившую ее от теплого свечения Истинного Источника. Найнив едва не взвыла. Что-то схватило ее за щиколотки, дернуло ноги назад и оторвало от земли; руки закинуло вверх и за спину, пока запястья не коснулись над головой лодыжек. Одежда, превратившись в порошок, ссыпалась с тела, а коса, запрокидывая голову, оттянулась назад, к ягодицам. Найнив лихорадочно попыталась вырваться из сна. Ничего не произошло. Она висела в воздухе, сложенная пополам, будто какое-то пойманное существо. Каждый мускул ее был растянут до предела, до боли. Мелкая дрожь била Найнив; пальцы ее, коснувшись ступней, слабо дернулись. Найнив подумала, что, если рискнет пошевелить еще чем-то, переломит себе хребет.

Как ни странно, страх исчез. Да и поздно теперь бояться. Найнив была уверена, что сумела бы действовать с нужной быстротой, если б не ужас, спеленавший ее в тот самый миг, когда требовалось действовать. Хотела же она одного: дотянуться до горла Могидин и сжать его изо всех сил. Ну и какой сейчас от этого толк? Каждый вдох и выдох болью отзывались в груди и в горле.