Великолепный английский детектив в антураже загадочной и зловещей школы-интерната. История сестёр-близняшек, которым предстоит разобраться в тайнах и загадках своего учебного заведения.С тех пор как в нашу школу попала молчаливая и стеснительная Роза, мы с сестрой мучились вопросом, кто она? Какую тайну скрывает эта девочка без прошлого, сохранившая от прежней жизни только золотой кулон и… умение обращаться с лошадьми. И вот нам представился случай разгадать эту загадку – мы всей школой отправились в отель у озера! Но оказалось, не одна Роза хранит секреты. Тёмные воды озера тоже полны тайн. Кто-то выходит из него по ночам и бродит по отелю, оставляя на полу мокрые следы и пугая постояльцев. А вечерами, если приглядеться, в глубине озера видны огни.
Мы со Скарлет были командой, которую невозможно разрушить. Она мой близнец, мое отражение в зеркале, обратная сторона одной и той же монеты. Пока мы с ней вместе, нет таких трудностей, с которыми мы побоялись бы столкнуться лицом к лицу. Вместе с сестрой мы могли все.
Правда, в данный момент наши трудности были несколько, скажем так… специфическими.
– Замрите! – кричала на нас Ариадна. – Еще одну минутку!
Я в ужасе покосилась на Скарлет. По моим подсчетам, до появления здесь мисс Боулер оставалось менее минуты, и все мы были в большой опасности.
А до того момента, когда я потеряю равновесие и шлепнусь в воду, по тем же подсчетам, оставалось не больше десяти секунд.
Скарлет взглянула на меня в ответ – лицо у нее было напряженным, застывшим словно маска.
– Я ненавижу тебя, Ариадна, – пробормотала она, не разжимая губ.
Дело в том, что на Рождество отец подарил Ариадне фотоаппарат, и фотографирование стало ее новой страстью. Камера была очень даже симпатичной – небольшая, элегантная, черная, с серебряными штучками, кнопками и колесиками, которые щелкали и жужжали. И в данный момент мы с сестрой позировали на краю вытянутой над плавательным бассейном доски – трамплина для прыжков в воду – перед объективом этой самой камеры.
– Кадр получится просто чудесный! – прокричала нам Ариадна с противоположной стороны бассейна.
Меня качало из стороны в сторону. Я изо всех сил старалась не думать о ледяной воде, которая была в считаных сантиметрах от моих босых ног, но еще сильнее пыталась забыть о том, как я одета.
Пришла, понимаете ли, в голову Ариадне одна «блестящая» идея – сфотографировать нас со Скарлет на трамплине школьного плавательного бассейна (а он у нас находится под открытым небом) в виде двух нимф-близнецов. Чтобы мы с сестрой стали похожими на нимф, Ариадна соорудила нам костюмы из старых школьных купальников и наших балетных пачек. Пачки и купальники Ариадна украсила зелеными и голубыми лентами, разрисовала нам щеки цветными мелками и набросала цветов в воду рядом с тем местом, где должны были позировать мы со Скарлет. Уверена, выглядели мы нелепо.
А еще Ариадна хотела, чтобы мы на краю трамплина сделали арабеск – это, знаете ли, такое балетное па, когда ты, широко раскинув руки в стороны, стоишь на кончиках пальцев одной ноги, а вторую ногу вытягиваешь у себя за спиной. Мы со Скарлет должны были делать арабеск, стоя лицом друг к другу – по замыслу Ариадны при этом должен был получиться «зеркальный образ».
И вот теперь она приплясывала на дальней стороне бассейна и искала «удачный ракурс».
– Чтоб я еще когда-нибудь согласилась на такое! – шепотом сказала я Скарлет.
Доска под ногами была холодной и скользкой, еще не успевшей нагреться и просохнуть под утренним солнцем. Вот-вот должны были начаться уроки, и мисс Боулер вряд ли придет в большой восторг, если ее первая на сегодняшний день тренировка начнется с двух посиневших от холода нимф, барахтающихся среди плавающих в ледяной воде цветов.
– Ариадна-а-а! – заорала Скарлет, у которой начала дрожать и подгибаться нога, на которой она стояла.
– Есть! Снято! – воскликнула наконец Ариадна. – Можете идти!
– Фу, слава тебе господи, – облегченно выдохнула я, осторожно опуская задранную ногу и начиная медленно пятиться по доске дальше от края воды. Все мои мышцы ныли и болезненно дергались. У Скарлет даже на то, чтобы сойти с доски, сил не осталось – она просто села прямо там, где стояла, и замерла на качающейся под ней доске трамплина.
Наша лучшая подруга тем временем подошла к нам, улыбаясь во весь рот и цепко держа в руках свою драгоценную камеру, – счастливая, довольная собой, совершенно не думающая о том, какому риску она только что подвергала нас с сестрой.
– Я думаю, это будет самая удачная моя фотография, – блестя глазами, объявила Ариадна. – Папа наверняка будет от нее в восторге.
Свои пленки Ариадна проявляла в темной кладовке, там же печатала снимки, а затем лучшие из них отсылала своему отцу по почте. Наверное, у них в доме все стены уже были ими увешаны.
– Больше я ни на что подобное не подпишусь, так и знай, – с ходу предупредила ее Скарлет.
Но Ариадна лишь восторженно глядела на нее.
– Девочки! – внезапно раздался громкий, низкий как из бочки голос.
– Ой-ей-ей, – Ариадна изменилась в лице.
Вслед за голосом показалась массивная фигура самой мисс Боулер, она широкими шагами направлялась в нашу сторону. На могучей шее нашего тренера по плаванию болтался серебристый свисток.
– Что за художества вы здесь вытворяете? – Слово «художества» она произнесла с таким выражением, словно речь шла о чем-то ужасном и совершенно непотребном.
– Я… э… – замялась Ариадна, выставляя вперед свою камеру, словно надеясь, что та каким-то образом сможет ее защитить.
– Вы должны быть в классе. Все, – гневно продолжила мисс Боулер. – У меня сейчас урок начнется, а вы мне весь бассейн какой-то травой загадили!
