Ветви кустарника разрослись так густо, что лошадям приходилось буквально продираться через него. И это было бы еще ничего.
Ибо внезапно Волдемар не увидел, а почувствовал прикосновение незримого, а потом и осознал, что они уже каким-то немыслимым образом ворвались в иную реальность. Рядом прозвучала грубая ругань солдата, отчетливые слова "...что бывает, когда торопишься" и оглушительная, неестественная тишина навалилась на путников. Исчезли все привычные звуки лесных чертогов.
Да и не только звуки.
Не было ни тропы, ни кустов, ни леса, и даже вечернего неба с солнцем скользящем за горизонт.
Только серое марево теней, вокруг двух всадников, нелепых и абсолютно чужих в этом потустороннем мире.
–Держись рядом, – приказал Волдемару его спутник.
Если бы все было так просто.
Несчастные лошади, только теперь поняли, что место, в которое они влетели по инерции – чужое, пахнущее непривычно и очень опасно. Да и ступали они уже не по траве, упавшим веткам и утоптанной тропе, а по высохшей, мертвой земле, цвет которой напоминал серую пыль...
– Или это пепел?– невольно подумалось Волдемару. – Пепел остающийся после сжигания трупов?
Отвлекшись на жутковатые подробности философ чуть не вылетел с седла когда их лошади рванули вперед как в безумной гонке.
И отозвавшись на их ужас, а может быть и притянутые им же, рядом с обезумевшими животными из мглы появились три странных пса, размером с буренку. В их глазах сверкал отсвет неземных солнц.
– Этот день иначе и не мог закончиться, – согласился про себя Вольдемар, философски соглашаясь с тем, что жизнь не вечна и если она сейчас завершится, то что ж.
Его спутник вдруг прокричал какое-то слово, лошади перешли на шаг, а сопровождающие их демонические создания промчавшись мимо огромными тенями исчезли.
А из туманной дали до них долетел чужой яростный крик. Это был человеческий вопль полный гнева, отчаяния и боли.
– Ну-ка взглянем что там , – как ни в чем не бывало предложил Эрег.
Серая стена мглы медленно расступалась.
Они приближались к огромной каменной глыбе неопределённого цвета. Опершись на нее, с мечом наизготовку стоял человек готовясь принять свой последний бой.
Демонические создания тоже были тут.
Незнакомец обернулся и увидел всадников, неизвестно как, очутившихся в приёмной Смерти.
******************
Где-то, в ином мире, Судьба достала новую карту...
***************************
".
"
"
Научный факт.
(продолжение).
....... – Приёмная смерти, – странные слова пришли в голову Волдемару.
Ведь это было не место... это нечто непонятное, несуществующее, и если пройти ещё дальше, то навряд ли там есть что-то ...
Тут не было ничего, и было все.
Не было прошлого и будущего.
Не было радости и печали.
Только бесконечное "сейчас" и равнодушие мертвого ничто. Как будто само время остановилось.
И "застыли навсегда", в этой вечности, в мертвой вязкой зыби люди и демоны.
В сгустившемся напряжении на Волдемара внезапно нахлынуло ощущение, словно склонилось над ними, огромное, чуждое нашему миру, существо.
Оно пристально разглядывало "картинку" из иных далей.
Не просто смотрело, а изучало, как игрок, который перемешивает карты.
И понимание этого, как и густая, нереальная тишина подавляла.
Лишала желания жить и бороться.
Перед Волдемаром мелькнуло застывшее лицо солдата. Эрег медленно, словно не спеша извлекал меч. Да, это финал всему...
Потому что сражаться с демонами конечно можно.
Победить нельзя.
Тени сдвинулись, медленно приближаясь к ним.
– Добрый вечер, – нарушил вязкую тишину голос Волдемара.
—Извините, пожалуйста, что мы к вам заехали. Вы... случайно не знаете, где выход?
–Остолоп, это демоны, – прошипел ему Эрег, пытаясь не рассмеяться: – Они понимают только древнее наречие.
– Разве? – поинтересовался Волдемар, ощущая какой-то первобытный ужас, который подбирался к ним вместе с тенями. – А это и правда они?
В этот момент, откуда-то из глубин памяти, из давно прочитанной рукописи, всплыл обрывок нужного знания.
Безумное отчаяние подтолкнуло интуицию, и Волдемар произнес фразу на давно сгинувшем языке позволяющую разговаривать с существами иных миров.
– Кто призвал вас ? – громко спросил он
И словно из ниоткуда, из пустоты прозвучал мертвый обезличенный, не принадлежащий человеку голос.
Как будто само окружавшее их пространство выдохнуло ответ: – Долг...
Мертвые не испытывают сомнений, они не прощают, не сожалеют, не страдают.
В ничто нет любви и ненависти, нет ни желаний, ни страстей.
Одна мертвая бесконечная пустота, где нет напоминаний о жизни.
Вас обманывают когда, обещают прощение от мертвых.
Ибо ничто не существует.
Ничто не может прощать.
Но вот парадокс.
