Увидев его Волдемар подумал, что наверное зря они пошли этим путем.
Он ускорил шаг, бесцеремонно ухватив Чупи под руку и почти потащил за собой.
Клеток было не очень много. Пара волков загнанно мечущихся вдоль решеток, молодой медведь с жуткими шрамами на морде от ударов железным прутом, крупный лесной кот сжавшийся в комок в одном из углов тесной клетушки, лисы....
Ранним утром гуляющих в парке горожан было мало.
И звуки раздавались отчетливо.
– Сегодня вечером их увозят в столицу, на дворцовую площадь, – донеслось до Волдемара.
Да. Людей в такую рань, тут почти, что и не было. Семья из пяти человек дружно совали длинные прутья в клетку к коту пытаясь его выманить из угла. Один сорванец бросал мелкие камушки в медведя и радовался каждому попаданию. Другой, по-молодецки забросил в клетку к волкам живого крошечного котенка.
– Сейчас сожрут, — поделился он с приятелями. Волки с презрением посмотрели на несчастный комочек и продолжили свой нескончаемый бег.
Двое стражников прогуливались поблизости охраняя покой горожан.
Влюбленная парочка весело щебетала у клетки с лисами. Красавица рассказывала какой именно мех она хотела бы иметь для обновы.
Волдемар стараясь не сильно смотреть по сторонам молча и быстро тащил Чупи за собой.
– Погоди, ‐ ведьма ухватила его за рукав широкой рубахи.
Вольдемар обернулся.
– Что? Это всего лишь жалкое представление. Тут нечего делать. Пошли.
Кажется он увидел слезы и горькую боль в глазах его спутницы. Кажется... потому, что всё это мгновенно исчезло и в ее взгляде полыхнула такая ненависть, что Волдемару стало страшно.
Он догадался, что сейчас произойдёт.
– Пойдем отсюда, – философ попытался увести Чупи с "поля боя". – Возможно Эрег проснулся и ищет нас.
— Малыш, ты кажется мечтал увидеть настоящее колдовство? – лениво произнесла ведьма на глазах преображаясь. – Не упусти шанс.
Она стряхнула как пыль, усталость и суетливость горожанки озабоченной покупками.
Теперь перед ним стояла настоящая лесная ведьма. Гордая, умная и опасная.
– Помоги мне, – попросила она его и "малыш" согласился. Хотя в душе был категорически не согласен с авантюрой и жаждал как никогда, поскорее добраться до постоялого двора.
Но никто не смог бы сейчас возразить ей. НИКТО.
– Сыграй что-нибудь плавное и быстрое одновременно. Чтобы был ритм. Сможешь?
Гибкая и быстрая фигурка ведьмы легко и уверенно выпорхнула перед гуляющими в городском парке мирянами.
– Милые граждане нашего прекрасного города. Не проходите мимо. Только для вас и лишь один раз!! – звонкий, ясный чистый голос прозвучал на парковой площади.
Ведьма кивнула, посылая улыбку Волдемару. Его руки коснулись струн, рождая простенький ритм.
Но ... внезапно что-то произошло. Словно незримая магия хлынула бурным потоком и звуки наполнились неведомой силой. Как будто он стал фейери, а старенькую лютню соорудили в долине фей.
Ранее, пытаясь сыграть для себя, Волдемар думал как ему получить тот или иной звук, и у него не очень-то и получалось.
Но сейчас... всё было так, будто не он, а профессиональный менестрель перебирал струны волшебной лютни.
Он... Он просто играл.
И знал как.
Немыслимым образом ведьма разбудила дремавшую в нем ранее колдовскую силу и заставила служить себе.
Сильная, подчиняющая, влекущая и завораживающая мелодия звучала на площади.
Привлеченные музыкой горожане прекращали разговоры, теряли интерес к пленникам в клетках, подходили ближе к танцовщице и застывали неподалеку, не смея отвести от неё взгляд, полностью теряя свободу воли.
Легкие сандалеты быстро и ритмично стучат по каменистой мостовой.
Танец завораживает.
Тихий и мягкий голос песни пленяет. Слова уже не имеют значения. Только мелодичное звучание помогающее забыть обо всём: текущих делах, проблемах, времени, о самих себе.
Женская фигурка скользит по площади, то исчезая в зыбком мареве дрожащей реальности, то появляясь вновь, легко двигаясь вдоль невольных зрителей.
Менялось все.
Будничное становилось ненужным, а призрачное обретало жизнь.
В плавном и повелительном движении танца сплелось все сущее.
Смерть и жизнь, ветер и время, океан и сумрак леса.
Чупи ... словно струилась, скользила, менялась в тысяче отражений. Будто само мироздание на миг превратилось в женщину.
Не танец, а стихия, непостоянная и чарующе волшебная.
Стихия ...
Пламенная и пронзительная, стремительная и властная как любовь направленная к каждому, любовь в глазах кобры направленная на её жертву.
Завораживавший взгляд змеи выпущенной на площадь и приковавший взоры всех, кто там находился.
Это было красиво и страшно одновременно.
Внезапно открывшимся внутренним зрением Волдемар видел как пробуждались древние силы, царившие задолго до первых поселенцев этой земли.
Как на зов и по велению ведьмы на площадь спешили древние духи, а легкий ветерок по ее приказу нес успокоение и дремоту.
И казалось лучезарная синь небесного шатра опускается всё ниже, ниже и ниже постепенно впитывая, поглощая посторонние звуки, а яркие краски и городские запахи стираются, блекнут растворяясь в вечном течении времени.
