Мысленно, с трудом зацепив серые и толстые как канаты нити сражающихся магов, я потянула их в стороны, стремясь распутать узлы событий. Меня охватила дурнота. Мысли путались.
Бесполезно. Ничего уже не поможет.
Но я всё же тяну их, тяну из последних сил, сдвигая и выпуская на волю придавленные и скрученные нити .... ещё... ещё..
Перед внутренним взором "полыхнули" магическим светом, мои старенькие карты. Они лежали так, как я их обычно раскладывала, но теперь поверх находилась черная карта Аргун, несущая скорую гибель. Я пытаюсь ее сдвинуть. Как же тяжело. Немного. Ещё чуть-чуть. Аргун сдвигается, тает, на его месте возникает Фортулатос.
Нет, ты мне не нужен. Это самая ненадежная из моих карт. На смену приходит другая... не то, не то ... Мне нужна Меазои. Я ищу её.
Мне нужна только эта карта.
Только она. Но её нет.
Последним мысленным усилием я вытаскиваю несколько подходящих карт и только успеваю поменять их с другими, как меня накрывает неудержимая тошнота и содержимое желудка оказывается на мостовой.
И только тут моих временно оглохших ушей достигают крики ярости. Я вижу трех из пяти, стремящихся уйти, и ... огонь.
Эрег не тратит силы на ножи, он просто посылает вслед оставшимся магический огненный смерч, который моментально уничтожает всё лишнее: беглецов, трупы убитых, старые сараи.
Но я не успеваю насладиться этим Армагеддоном.
Солдат, совсем не нежно и бережно, а грубо, но цепко подхватывает нас с Волдемаром и максимально быстро тащит подальше от разгулявшейся стихии.
— Пусти, я сама, — хрипло кричу я и встаю на ноги. Теперь когда чужая магия исчезла, это сделать легко и просто.
Позади нас ревет довольный огонь жадно поглощая всё что встречается ему на пути, ползёт черный дымный смрад и испуганно кричат мечущиеся люди.
Можно не волноваться. Следы сражения — уничтожены, а .... пожар .. только бы он не распространился дальше.
— Что с ним? — я киваю на Волдемара, который лежит на спине с закрытыми глазами
— Сейчас, — Эрег достаёт из сумки обрывок зеленой ткани и оборачивает вокруг несчастного, плотно закрывая рану на боку. Потом достает и всовывает ему в безвольный рот кусочек эллорна. Если парень жив, то теперь всё будет в порядке.
— Неудачно попытался ввязаться в драку, — наконец поясняет Эрег. — Надо будет, при случае, научить его хоть с мечом управляться.
Пустырь послужил естественной границей воспрепятствовав движению огня. С другой стороны путь преградила широкая каменная кладка стены. Раз за разом, он накатывал на нее и оставив почерневшие камни в покое, наконец беспомощно угас.
— Помощь не нужна? — спрашивает какой-то крепкий мужчина в одежде ремесленника.
Он тащил на пожар огромную бадью с водой, но видя, что огонь иссяк, замедляет возле нас ход.
— Давай воду сюда, — Эрег протягивает ему серебро.
— Не переоцени, парень, — хохочет мужик, и Эрег смеясь поясняет, что мы так счастливы, выбравшись из этого "ада", что он готов приплатить ещё и за чистую одежду.
— Моя мастерская, тут рядом, — поясняет тот. — Давайте туда.
Эрег помогает мне умыться, смывает кровь с Волдемара, потом взваливает его на плечи и мы идем за ремесленником. Я цепляю лютню. Каким чудом она уцелела, не могу даже представить.
И как наваждение маячит, не даёт покоя, одна мысль.
Огниво... только демоническое огниво могло дать такой эффект.
И наш эльф, "одухотворённое дитя лесных чертогов", похоже неплохо с ним поладил....
(согласно легенде — случайно сохранившаяся запись песни последнего эльфа в мире людей) (*)
*****************🎭
Несмотря на откровения, которыми щедро делился с ним и Волдемаром свекор Чупи, больше всего в памяти Эрега отпечаталась картинка встречи ...
Инквизитор склонившийся к ведьме.
И Чупи, рядом со Святыми Братьями, одна против всех, в своей привычной манере, с высоко поднятой головой, глядя в упор, в глаза высшему, презрительно цедит.
"— Рада, что из пасти вы спасли именно того, кто ее открыл."
Всё. Для Эрега были не важны слова Александра уличающие Чупи в обмане.
