— Вряд ли. У вас тут не соскучишься.
— Оставайся, — заныла она. — Все ведь обошлось.
— Это сегодня. А завтра?
Мне ничто не мешало покинуть квартиру, а я все еще топталась в прихожей. Странное дело, но я чувствовала себя едва ли не предателем. Больших усилий стоило сделать решающий шаг, я точно искала повод остаться. К счастью, его не нашлось.
— Давай хоть обнимемся на прощание, — сказала Ольга, и мы в самом деле обнялись. — Спасибо тебе за все, — с чувством добавила она, похлопав меня по спине. — Ты еще не ушла, а мне уже одиноко.
— Тебе здесь сидеть необязательно, раз уж теперь Гордееву доподлинно известно, что с Игорьком ты никуда не уехала. Возвращайся к мужу…
— Может, подождешь, пока я шмотки соберу? Пойдем вместе…
— Ну, уж нет, — заподозрила я неладное и тут же подумала о паспорте. Заглянула в сумку и убедилась, что паспорта там нет. Особого удивления это не вызвало. Ольга с интересом наблюдала за моим копошением, но интерес увял, как только я отложила сумку в сторону и ухватилась за бейсбольную биту, которая заняла свое место возле входной двери. — Паспорт отдай. — сказала я и слегка замахнулась, чтобы сделать свои слова максимально доступными для понимания.
— А… паспорт, — кивнула Ольга и извлекла его из ящика тумбочки, стоявшей в прихожей. — Я просто рассчитывала увидеть тебя еще раз, — с застенчивой улыбкой, которая ей шла так же, как мне костюм хоккеиста, сказала она.
Я сунула паспорт в карман, открыла входную дверь и, только оказавшись на лестничной клетке, вернула биту на место.
— Позвони мне, ладно, — попросила Ольга, шмыгнула носом и помахала на прощание.
Я захлопнула дверь и бегом спустилась по лестнице. На улице еще раз проверила паспорт. Потом вспомнила о деньгах и опять полезла в сумку. Деньги лежали нетронутыми, это вызвало вздох облегчения.
Быстрым шагом я двинулась в сторону остановки такси, спеша увеличить расстояние между мной и Ольгой. Первой мыслью было: немедленно ехать на вокзал. Купить билет на ближайший автобус… Но, наконец заметив свободное такси, я поняла: с отъездом придется повременить. Необходимо встретиться с подругой Генриетты, сейчас это было для меня очень важно. Хотя объяснить почему — непросто. На самом деле, какая теперь разница, кем являлась Генриетта, чем занималась в этом городе и что за жизнь была у нее? Генриетта осталась в прошлом. А мне надо думать о будущем. Но чужая жизнь не давала покоя. «Я поговорю с подругой и сразу же уеду», — твердила я себе. На ее звонок рассчитывать уже не приходится, но завтра она, возможно, появится в кафе. Вряд ли что-то скверное произойдет за это время.
— Посоветуйте недорогую гостиницу, — сказала я водителю такси.
Он пустился в пространные объяснения, но с места все-таки тронулся, и через двадцать минут мы тормозили возле здания из красного кирпича с вывеской «Гостиница «Восход».
Я расплатилась и направилась к дверям, которые вдруг сами по себе открылись, на улицу вышла девушка в черном платье с блестками и закурила, заняв позицию возле урны.
— Вам комнату? — задала она вопрос, как только я потянулась к дверной ручке.
— Да.
— Я мигом, — она подмигнула, а я вошла в холл.
Судя по царившей здесь атмосфере, гостинице больше подошло бы название «Закат». Облезлый диван, стены, обшитые вагонкой, и стертый линолеум на полу. Билл Гейтс в отеле гость нечастый. Я уже собралась поискать место получше, но тут вернулась девушка. Комната стоила дешево, а оказалась вполне приличной. Еще одно несомненное достоинство: прямо напротив гостиницы троллейбусная остановка. Двадцать минут, и ты в центре.
Забросив сумку в шкаф, я легла на кровать с намерением составить что-то вроде плана действий на следующий день. Почти сразу зазвонил мобильный. Звонила, конечно, Ольга.
— Ты где? — спросила она.
— На вокзале.
— Значит, решила к предкам вернуться?
— А ты чем занята?
— Жду Валерку. Обещал забрать меня отсюда. Знаешь, мне кажется, мы с тобой успели сродниться.
— Ага.
— Квартира у нас большая, и комната для тебя найдется…
— Посадку объявляют. Всего хорошего.
— Позвони, чтобы знать, как доехала.
— Непременно.
