Стойка регистрации тонула в глубинах холла, прямо напротив бар, от холла его отделяла низкая кованая решетка. Официанты беззвучно скользили с накрахмаленными салфетками в руках, за белым роялем пристроился дядька с помятым лицом и, прикрыв глаза, наигрывал что-то меланхоличное. Ясное дело, говорить здесь можно только шепотом. Даже Ольга присмирела.
Мы устроились возле самой решетки, так, чтобы виден был весь холл и выходы из лифтов, тут их, кстати, было четыре. Ольга заказала нам кофе и принялась нервно оглядываться.
— Помада не размазалась? — спросила она минут через пять.
— И помада, и тушь на месте, — заверила я. — Прекрати ерзать.
— Тебе легко говорить.
Кофе нам принесли, Ольга взяла чашку и едва не выплеснула кофе себе на подол.
— Черт… — выругалась сквозь зубы, а я лишь головой покачала. Надеюсь, ее былой возлюбленный стоил этих нервов.
Через мгновение мне стало не до Ольгиной любви и ее нервов, со своими как бы управиться. Двери ближайшего лифта разъехались в стороны, и оттуда вышел Бессонов. Он был небрит, хмур и очень хорош собой. Последнее я отметила машинально, точно он не имел ко мне никакого отношения. И уже в следующий момент рухнула на диван, который здесь заменял стулья, и воззрилась на Ольгины колени, стиснув зубы так, что они скрипнули. Мне было плевать, что решат официанты, лишь бы Бессонов меня не заметил, хотя я выбрала не лучший способ не привлекать к себе внимание.
— Ты чего? — приподнимаясь, спросила Ольга в полном обалдении.
— Живот скрутило. Сиди смирно и сторожи свою большую любовь.
— Прекрати, идиотка, — зашипела она, но тут вдруг произнесла совсем другим голосом: — Саша? — а потом перешла на радостное повизгивание: — Саша, это ты?
Мне даже не надо было поднимать голову, я и так знала: обращается она к Бессонову. Ольга припустилась к нему со всей возможной резвостью, а я подумала, что шанс у меня есть. Занятые друг другом, они не обратят на меня внимания, что и позволит мне тихо смыться. Я выпрямилась, держась к ним спиной, снялась с места и бочком направилась к выходу. Ольга висла на Бессонове в нескольких метрах от меня, я слышала, как она щебечет:
— Вот это встреча! Ты давно здесь?
— Вчера приехал, — ответил он.
— А мы с подругой решили выпить кофе… Генриетта, — позвала она. — Иди сюда.
Вцепившись в рукав пиджака Бессонова, она тянула его ко входу в кафе, как раз мне наперерез, так что мы неминуемо столкнемся. Поняв, что бежать некуда, я обреченно шагнула им навстречу, нацепив самую наглую ухмылку, на которую только была способна. Подозреваю, что в действительности мою физиономию просто изрядно перекосило. Собравшись с силами, я подняла на Бессонова глаза. Ольга все еще держала его под руку, светясь от счастья, он мазнул по мне взглядом и равнодушно кивнул. Признаться, не такой реакции я ожидала. Хоть один мускул на его физиономии должен был дрогнуть… Ничего подобного. Ко мне он мгновенно потерял интерес, сосредоточившись на Ольге.
— Присядем на минуточку? — предложила она. — Я так рада тебя видеть…
Он посмотрел на часы и согласно кивнул, они направились к нашему столику. Я решила сбежать, пока не поздно, но Ольга свободной рукой подхватила меня за локоть. Так мы и двигали, точно на демонстрации. Устроившись за столом, Бессонов поднял руку, официант бросился к нему со всех ног.
— Кофе, пожалуйста, — когда тот застыл рядом, произнес Бессонов и на нас посмотрел. — Вы что-нибудь хотите? — Взгляд его, обращенный ко мне, ничего не выражал, просто задал человек вопрос и ждет ответа.
— Я бы выпила чаю, — пискнула я, злясь на себя за то, что в речи моей мгновенно появилось сослагательное наклонение.
— Может быть, по рюмке коньяка за встречу? — кокетливо улыбнулась Ольга.
Надо сказать, с появлением Бессонова в ее поведении наметились изменения: ничегошеньки от ярмарочного зазывалы не осталось, респектабельная женщина, уверенная в себе.
— Что ж, повод отличный, — согласился Бессонов и сделал заказ. — Рассказывай, как жизнь? Выглядишь прекрасно…
— Грешно жаловаться, — пожала она плечами.
— Замужем? — спросил он, кивнув на обручальное кольцо, украшавшее ее палец.
— Уже девять лет.
— Бежит время. Кто этот счастливчик? Я его знаю?
— Валера Быков.
— Вот как? — Бессонов вроде бы удивился.
— У нас гостиница и ночной клуб… считается лучшим в городе. Может, заглянешь вечером? Валера будет очень рад.
— Вечер у меня свободен, — ответил Бессонов.
— Отлично.
Появился официант с подносом в руках, хотя я выпивку не заказывала, но мне ее все равно принесли.
— Что ж, за встречу, — сказал Бессонов, поднимая бокал.
Я попыталась уловить в этом некий подтекст, но ничего подобного. Его и мой бокал соприкоснулись с тихим звоном, однако взгляд его по-прежнему ничего не выражал, вежливое внимание, и не более.
— Как твои дела? — собравшись с силами, спросила Ольга и заметно напряглась, видно, готовилась к неприятному для себя ответу, что все, мол, в его жизни прекрасно, жена красавица и четверо детей. Услышать подобное для любой женщины не очень-то радостно, а Ольга все эти годы не переставала тосковать по возлюбленному.
