- Жестоко, если смотреть со стороны, - вздохнула Марина. – До моего появления в жизни Леонида Владимир Маркович не принимал никакого участия в деятельности их совместной компании. Все, что имелось на тот момент, было заработано кровью и потом Озарова-старшего. Так что даже своей долей Владимир Маркович имел право распоряжаться не больше, чем я всем остальным. Если судить по справедливости, а не по закону.
- Кого в наши дни интересует справедливость?! – фыркнула Алина и тут же спохватилась: - Погоди-ка! Твой муж умер… пять лет назад. Что Озарову-младшему от тебя сейчас понадобилось?
Марина виновато опустила голову.
- Ему нужен Кирилл и право опеки над ним, чтобы получить возможность распоряжаться второй половиной семейного капитала. Так было всегда – не только сейчас. Просто в течение последних пяти лет мы жили в Москве и Подмосковье. Я уезжала иногда по делам компании, но Кирилл всегда оставался дома. В Московском регионе у нас друзья, старые связи. Озаров не мог до нас добраться.
- Зачем же ты поехала с сыном в Крым? – удивился Александр.
Осознание собственной вины отчетливее проявилось на лице Марины.
- Кириллу в сентябре в школу. Я подумала, что будет неплохо отметить вступление в новую жизнь совместной поездкой.
- Но ведь это огромный риск!
Марина совсем стушевалась. Она сама постоянно ругала себя за наивность и слепую уверенность. Слышать упреки от других людей было почти невыносимо.
- Я была уверена, что ничего страшного не случиться. Поездку помогали организовать люди, верные Леониду и ни разу не давшие повода усомниться в себе. Деверь не должен был узнать о нашем местонахождении. Мы добирались на частном транспорте, номер в «Золотом руне» бронировали на чужое имя. Кроме нас двоих не было ни охраны, ни других сопровождающих. Я не сомневалась, что мы ничем не отличаемся от других курортников! Не знаю, что могло нас выдать.
- Возможно, кто-то узнал вас в лицо?
- Возможно. А возможно, кто-то из Москвы сообщил Владимиру Марковичу, что мы здесь. Больно разочаровываться в людях, но в последнее время это происходит все чаще. Озаров всерьез взялся за свою долю в компании. Время от времени он проворачивает какие-то подозрительные сделки. А стоит копнуть в том направлении, как сразу находится очень важный и очень много получивший от Озарова человек, который не дает ни в чем разобраться.
- В деле о твоем похищении такой человек тоже есть, - вынуждена была признать Алина, косясь на Саньку. Напарник оказался прав: Озарову не хотели искать.
- Конечно, есть! – подтвердила Марина.
– Поэтому я и сказала, что не могу пойти в полицию. Я на порог не успею ступить, а Озарову уже доложат! – Марина тяжело вздохнула: - Деверь пытается доказать всем, что я бросила сына, и потребовать передать ему право опеки над племянником, чтобы от имени Кирилла управлять компанией. Пока все козыри у него в руках. Я не пойду против него, пока Кирилла не будет рядом со мной…
- А Кирилла он увез в Москву, куда без документов ты не можешь добраться, - закончил мысль Александр.
- Да.
- Но, погоди-ка! – вмешалась Алька. - А если связаться с твоими друзьями в Москве? Почему ты не хочешь позвонить им и попросить забрать Кирилла у Озарова?
- Потому что я не уверена, что они успеют раньше, чем Владимир Маркович причинит вред моему сыну, - призналась Марина.
Повисло молчание.
- Получается, из пансионата ты не по собственной воле ушла? – в задумчивости протянула Алька.
- Конечно, нет! Озаров прислал людей, которые похитили меня.
- Из номера?
- Да. Они открыли дверь запасным ключом и выкрали меня.
- А как же камеры? По телеку показывали записи, на которых видно, что ты выходишь из номера сама.
- Эти записи были сделаны раньше.
Алька перевела взгляд на Саньку.
- Оцени масштаб трагедии, - изрекла Рыжая Лиса и со стоном схватилась за голову. – Что же теперь делать? Это же мафия! Они же узнают, где мы живем! Ох!..
- Они ничего нам не сделают, - уверенно произнес Александр, пресекая дальнейшие стенания и возможные обвинения в адрес Марины или его самого.
Алина намека не поняла, и тут же озвучила именно то, чего не стоило говорить в присутствии Марины:
- То есть, как это ничего не сделают? Они Марины Озаровой не побоялись, а нас испугаются что ли? Ох, Санька! А я ведь сразу говорила, что это плохая идея!
Теперь пришел черед Александра стонать.
- Алька! Язык твой – враг твой! – не сдержался он. Посмотрел на Марину и поспешил добавить: - Извини и не волнуйся ни о чем. Мы вытащим твоего сына. С вами все будет хорошо.
Взглянув на часы, Александр обнаружил, что уже полчаса, как пошел отсчет новых суток.
- Постарайся поспать.
- А ты? Что ты будешь делать? – испуганно спросила Марина.
- Второй раз на виллу Озарова не пойду, - улыбнулся он в ответ.
- А в отель? – насторожилась Алька.
- И в отель не пойду. Владимир Озаров предполагает, что Марина может прийти за сыном, поэтому охрана на чеку. Здесь, в Евпатории мы ничего не сможем сделать. Придется отпустить Кирилла в Москву.
