Очень необычный попаданец в Корнелиуса Фаджа благодаря которому в волшебном мире наступает тишь и благодать. Написано для второго этапа Authors time, по заданному организаторами пророчеству.
========== Часть 1 ==========
— Вы свободны, Долорес, — стальным голосом промолвил министр.
— Но, Корнелиус… — пробормотала она неуверенно.
— Попрошу без панибратства! Господин Министр. Надеюсь, мы закончили? — он выразительно посмотрел на неё из-под кустистых бровей.
— Да, Господин Министр. Я могу идти?
Министр Магии лишь небрежно повёл рукой, отпуская навязчивую посетительницу. Как только за ней захлопнулась дверь, Фадж откинулся на спинку кресла. Долорес раздражала. Корнелиуса сводил с ума запах её духов, обожаемый ею розовый цвет и мерзкий скрипуче-визгливый голос. Но она была верна ему и цепка, словно бульдог, впрочем, и выглядела так же. А большего ему и не нужно. Если он прикажет — она отсечёт себе ногу. А уж если кому-то… Но вот её идеи начинали выводить его из себя. Ненависть Долорес к оборотням, кентаврам, гоблинам, любым полукровкам, и прочим магическим расам могла очень серьёзно испортить ему планы. Если она продолжит в том же духе — Амбридж стоит убрать. Хотя, пока, возможно, стоит этим воспользоваться. Направить её ненависть в другое русло…
Но какова?! Предложить Ему загнать оборотней в резервации! Оборотней! Которые ели у него из рук! Лучших ищеек Аврората, готовых убить любого, кто против него слово скажет! Сколько крови ему выпили представители Визенгамота, сколько взяток пришлось раздать, чтобы зарегистрированным оборотням, пополнившим силовые структуры Министерства, позволили работать легально! Это старичье апеллировали к опасности и давним устоям, зажимали средства на аконитовое зелье, и ставили всяческие палки в колёса. Но что в итоге? Преступность сократилась втрое! Ещё и из-за того, что сами оборотни и были частью этой самой преступности, пока им не позволили выйти из тени.
А кентавры? Интегрировать их в магическое сообщество было великолепной мыслью! Совы не всегда способны были перевозить крупные посылки, а волшебники не желали идти в курьерские службы из-за непрестижности работы и низких заработных плат. Кентавры же, несмотря на весь свой показательный гонор, оказались вовсе не против сотрудничать с магами взамен на защиту своих поселений и магическую медицину. Кстати о ней — кентавры стабильно снабжали ингредиентами аптеки и больницу Святого Мунго, что удешевило множество дефицитного сырья. Конечно, рынок просел и многие были недовольны, но такие будут всегда. Кроме того, если кто-то уж очень сильно начинал поднимать пыль, того всегда можно было подставить или устранить.
Нет, ну какая наглость и недальновидность! Долорес, видите-ли, не нравятся излишне расплодившиеся русалки! Да, ранее они жили в резервации Чёрного озера и были строго ограничены в популяции. Теперь же водный народ обитает во всех водоёмах магической Англии и свободно общается с другими племенами, живущими в океане. Это принесло множество бонусов в казну в виде жемчугов и затопленных кладов. Русалки очень ценили свободу. А то, что магглы стали тонуть немного чаще, что ж, на воде нужно быть осторожным. Кроме того, магглов много. Премьер министр магглов весьма благосклонно отнесся к русалочьему законопроекту после возвращения приличной части, казалось бы, давно утерянного богатства с корабля, затонувшего у берегов Туманного Альбиона в 1942.
Корнелиус встал, потянулся, в спине неприятно захрустело. Он накинул бордовую мантию сверху на чёрный костюм и отправился камином домой. Рабочий день окончен, но не окончены дела.
Шагнув из пламени на специальный коврик, заботливо подстеленный домовиком, он громко сообщил:
— Я дома.
Из двери напротив тут же выпорхнула фигуристая, хотя и немолодая светловолосая женщина с приятным круглым лицом.
— Милый! Ты сегодня рано! Как прошёл день?
Она легко приняла у него мантию и котелок, неуловимым движение палочки невербально отлевитировав их на вешалку в углу комнаты. Быстро разгладила немногочисленные складки на одежде мужа и ненавязчиво усадила того в кресло, велев домовику:
— Мавр! Ужин для хозяина!
Кудрявый лопоухий домовик, одетый в некое подобие мантии и сандалии, степенно кивнул и тут же исчез, чтобы вновь появиться с подносом. Жаркое источало ароматы на всю комнату, а свежий хлеб манил хрустящей коркой. Корнелиус удобнее устроился в кресле и начал неторопливо рассказывать о прошедшем дне. Это было частью их вечернего ритуала с женой: сначала он говорил, а затем принимался за еду, давая жене возможность высказаться.
Ида умела слушать. Она никогда не перебивала, вопросы всегда задавала по теме и давала прекрасные советы. Вот и сейчас сказала:
— Не нравится мне что-то эта Долорес, Освальд. Ох не нравится. Как бы она не копала под твоё кресло. Наверное, мне стоит завтра в благотворительном клубе упомянуть о её неприличных пристрастиях, скажем, к гоблинам. Что ты об этом думаешь? Ничто так не испортит женщине репутацию, как грязная сплетня. Кроме того, нам всем не стоит забывать — она не замужем, чего волшебное сообщество не одобряет. Где это видано, чтобы старая дева лезла в политику!
