Огонь сильнее мрака [СИ] полностью

Джон понял, что отличало этот мир от настоящего. Другим было небо. Он приметил это сразу, когда рассеялась туманная завеса, только не сообразил, в чем дело, а теперь видел ясно — небо здесь было очень ярким, очень близким. Слишком близким.

Джил несмело поднялась с места.

— Можно? — спросила она, кивая на открытое окно.

— Конечно! — сказал Найвел. Джил, зажмурившись, тоже протянула руку. Тут же глаза её удивленно распахнулись, брови полезли на лоб. Она стала шарить в воздухе, потом отдернула ладонь и недоверчиво её осмотрела.

— Твердое, — сказала она с изумлением. — Джонни, тут небо… оно твердое! Как потолок!

— А облака, наверное, можно есть, — добавил Найвел. — Сейчас подлетим.

Экипаж двинулся к небольшой тучке, оказавшейся при ближайшем рассмотрении довольно плотной. Джил вдруг хихикнула, высунулась по плечи, оторвала от неё кусок размером с подушку и втащила в кабину. Найвел отщипнул, сунул в рот.

— Вкусно, — пожевав, сообщил он. — Есть охота…

Джил поделила облачную подушку на три части: одну дала Найвелу, другую оставила себе, а третью протянула Джону. Облако из мира мечты походило на сахарную вату, но было намного нежней, словно бы таяло прямо в руках, исходя холодком. Джон поднял глаза. Найвел ел свою долю с жадностью, широко разевая рот, причмокивая. Джил с увлечением жевала, покачивая головой от удовольствия и, поймав взгляд Джона, с улыбкой показала большой палец. Чувствуя, что теряет последнюю связь с реальностью, Джон откусил небольшой, для пробы, кусочек и осторожно прижал языком к нёбу. Через пару секунд он уже вгрызался в прохладную, сочную мякоть. Облако было сладким, как молоко с сахаром, и пряным, как коричные палочки, пахло хмелем и липовым цветом, и еще угадывались порой солоноватые нотки, словно от овечьего сыра — одним словом, ничего подобного он раньше не ел. Покончив с куском, Джон потянулся в окно за добавкой и на сей раз сам разделил добытое на три части. Некоторое время под стеклянной крышей экипажа слышались только хруст и сдержанное чавканье. Когда нежданная трапеза кончилась, Джон снова глянул вниз и обнаружил, что они с хорошей скоростью летят над морем. Море Сомниума тоже оказалось особенным; верней, не само море, а то, что в нем водилось.

— Ничего себе, — вырвалось у Джона. Найвел посмотрел вниз.

— Да-а, — сказал он негромко. — Я такое видел.

— Где? — спросил Джон. Найвел покачал головой:

— Во сне… Давайте снизимся, а?

— Ладно, — согласился Джон. Экипаж стремительно, так что закружилась голова, рванул вниз, к воде — к огромным, черным телам, медленно плывшим по сверкающему морю. Чем ближе они становились, тем сильней захватывало дух от исполинских размеров этих чудовищ. В сотню раз больше любого кита, блестящие, как уголь на изломе, они шли бесконечной вереницей, растянув строй от горизонта до горизонта. Резали воду бронированные носы, треугольными флагами поднимались к небу плавники на спинах. Порой из воды, окутанный брызгами, взметался ласт размером с линейный корабль, описывал в воздухе величавую, неспешную дугу и с пушечным грохотом погружался обратно. И — люди, тысячи людей на стальных платформах, устроенных между плавниками: парами и по одиночке, стоя и развалившись в шезлонгах, разговаривают, смеются, едят, пьют… Увидели экипаж над собой, завертели головами, принялись махать. Джил помахала в ответ.

— Что это? — спросил Джон, не в силах оторваться от зрелища. — Что за… монстры?

— Рыбы, — сказал Найвел. Он забрался на кожаное сиденье с ногами, чтобы лучше видеть. — Вместо кораблей. Пассажиров возят, грузы…

«Почему рыбы?» — хотел спросить Джон, но вспомнил небо, которое можно потрогать рукой, вспомнил съедобные облака, и промолчал. Экипаж тем временем снова набрал высоту. Приближался окутанный синей дымкой берег — должно быть, здешняя Энландрия. Море выцвело в зелень, мелькнула белая каемка пляжа, вспух и пропал небольшой островок леса. Не было видно ни городов, ни заводов, лишь пустошь стлалась навстречу, бесконечная, разноцветная, плоская. Потом впереди показалась непостижимых размеров туча, внутри которой что-то поблескивало и двигалось. Туча росла от самой земли, а вершина её терялась в вышине. Джил, явно беспокоясь, взглянула на Джона. Тот наморщил лоб, покачал головой. Покосился на Найвела. Юноша глядел в окно, молчал, наблюдая. Экипаж подлетал все ближе к туче, стали видны мелкие детали — на самом деле, вовсе не мелкие, просто далекие — и Джон вдруг понял.

— Это… Дуббинг? — спросил он, показывая для верности рукой. Найвел повернул голову — сверкнули глаза — и кивнул:

— Красиво, да?

— Но зачем? — обескураженно спросил Джон, тут же пожалев о вопросе — это был Сомниум, здесь небо пахло мятой, а гигантские рыбы возили на спинах людей, без всяких «зачем», просто так. Найвел пожал плечами: