– Сэр Хоквинд? Но почему Абуд обратился к помощи наемников?
– Он не объясняет. Может быть, просто потому, что больше не к кому. Гонец утверждает, что переговоры велись с момента смерти принца Фарида. Три года! Хоквинд колебался. Но Абуд, похоже, сумел убедить генералов Гильдии и внес порядочный залог. Кроме того, он установил большие цены за поимку или за головы Эль Мюрида, Нассефа, Карима и некоторых других. Сэр Хоквинд уже в пути.
Юсиф принялся расхаживать по стене.
– Сколько человек? – наконец спросил он.
– Не знаю. Но как сказал гонец – силы значительные.
– Достаточные для того, чтобы изменить ситуацию?
– Сомневаюсь. И ты и я понимаем, что таким победам, как при Вади Эль Куф, больше не бывать.
– Но почему он не хочет направить королевские войска?
– Полагаю, что в королевском стане дела обстоят не так просто. Некоторые валиги просто отказываются посылать своих людей в этот дьявольский котел. Они предпочитают сидеть и ждать, когда к ним пожалует Эль Мюрид. Похоже, что если он и хотел бы кого-нибудь послать, то это могли быть только наемники. Так что в данной ситуации он избрал наилучший путь.
– Но этого недостаточно, – сказал Юсиф, ударив кулаком по выветренным камням парапета.
– Согласен. Недостаточно, – ответил Радетик, вглядываясь в дым горящего вдали кустарника. – Гарун там?
– Да. Фуад говорит, что у мальчишки все хорошо получается. Есть ли ещё новости? Ты выглядел весьма уныло, когда здесь появился.
Радетик немного подумал, а затем ответил:
– Убит принц Хефни.
– Жаль. Вновь Хариша?
– Да.
Хефни оставался последним сыном Абуда, если не считать Ахмеда. И он во всем походил на своего брата Фарида. Ходили слухи, что Абуд хотел видеть своим наследником именно Хефни и оказывал давление на Ахмеда, чтобы тот отрекся в пользу брата.
– Похоже, что ещё немного, и семейство Квесани будет полностью истреблено.
– Валиг…
– Прошу, Мегелин, не сообщай мне больше дурных вестей, – медленно оборачиваясь, произнес Юсиф. Боюсь, что я не смогу выдержать того, что ты собираешься мне сказать.
– Мне не хочется говорить, однако я должен это сделать. Сейчас или позже.
Юсиф долго молча смотрел на далекий пожар. Наконец он сказал:
– В таком случае выкладывай сразу. Я не желаю предстать тряпкой перед глазами других.
– Твои сыновья Рафи и Юсиф… Они были убиты при нападении на Хефни. Проявили себя с самой лучшей стороны.
Эти двое, согласно широко распространенной практике в знатных родах, вот уже несколько лет находились в Аль-Ремише при королевском дворе.
– Вот, значит, как… Теперь у меня остались лишь Али и Гарун.
Юсиф отвернулся и уставил невидящий взгляд куда-то вдаль. Глаза валига стали влажными, видимо оттого, что их коснулся прилетевший издалека клуб дыма.
– Отвернись от меня, учитель. Не смотри, – сказал Юсиф.
Радетик повернулся к нему спиной. Мужчина имеет право на одиночество в тот момент, когда не может сдержать слез.
Спустя некоторое время валиг сказал:
– Абуд не сможет выдержать этой потери и обязательно совершит какую-нибудь глупость.
Эти слова прозвучали так, словно сам Юсиф молил о помощи. Его слова относились вовсе не к Абуду.
– К сожалению, я никогда не мог контролировать поведения других, – пожимая плечами, произнес Радетик.
– Я, пожалуй, пойду сообщу все их матери. Хотя душа не лежит, но делать это надо.
Мегелин нервно потоптался, подумал немного и наконец принял решение.
– Прежде чем уйдешь, взгляни на это, – сказал он, протягивая Юсифу листок, на котором были начертаны имена, титулы и линиями обозначены родственные связи. По существу, это была схема, показывающая кто есть кто в Хаммад-аль-Накире.
– Порядок наследования?
Вот уже десять лет Юсиф тайно учился читать и уже умел разбирать простые тексты. Особенно удавались ему имена.
– Да.
– Ну и что?
В каждой знатной семье имелись такие генеалогические древа. Они были незаменимы для установления старшинства в роде и для различных судебных тяжб.
– Позволь мне, – сказал Радетик, расстилая схему на камне парапета и извлекая из кармана уголек для письма. – Начнем с того, что вычеркнем имена людей, которых среди нас больше нет.
Его рука превратилась в подобие руки самой смерти, вычеркивая из списка все новые и новые имена.
– Неужели так много? – с горечью спросил Юсиф. Я и представить себе не мог. Ведь это ужасно.
– Теперь тебе все ясно?
– Истребляют самых лучших людей.
– Да. Но я хотел, чтобы ты увидел совсем иное.
Юсиф склонился над схемой, а затем немного отодвинулся – его глаза начали слабеть.
– Теперь я увидел, – сказал он голосом даже более печальным, нежели ранее. – Совершенно неожиданно я стал третьим в ряду наследников трона. Если что-то случится с Ахмедом…
– Некоторые из наших самых преданных друзей могут постараться ускорить его встречу с Ангелами.
Кронпринц унаследовал все недостатки отца, не приобретя при этом его достоинств – достоинств, которые делали Абуда всеми уважаемым королем в ранние годы его правления. Его не терпели все. А некоторые в своей ненависти даже утверждали, что Ахмед является тайным приверженцем Эль Мюрида.
