Он дурно пах, а рука, которой он схватил Тоху за локоть, была вся в потемневших трещинках, как у человека, постоянно работающего на огороде.
- Антон.
- Помоги Господи рабу твоему Антонию во всех его добрых начинаниях!
Инок размашисто перекрестился и поклонился в пояс на алтарь.
- А где же друзья твои? Видел, видел я вас у колодцев. И возле пещер тебя видел. Что же ты один в храм пришел?
- Ребята устали, уехали покушать в кафе.
- А сам-то? Сам-то не голоден?
- Да я...
- Только не ври, в храме ведь стоишь.
- Очень, - признался Тоха.
- Пойдем в трапезную, там тебя накормят. Пойдем-пойдем.
Монах тащил его за локоть в трапезную, продолжая расспрашивать о всяких пустяках, о которых его давно никто не расспрашивал.
В кухне хлопотали святые отцы в весьма забавном виде - в передничках, у некоторых длинные бороды были забраны в хвостик простенькими цветными резинками. Не успел Тоха оглянуться, как приведший его монах куда-то делся.
- Это чтобы волосы в еду не падали, а то не охота от братии удирать по Лавре, когда они захотят нам наши волосы из супа на место привязать. Я отец Анатолий, - представился один из поваров.
- Антон, - непривычно для себя смущаясь, назвался Тоха. - Меня вот..
- Тебя отец Василий привел. Ты не стесняйся, садись вот сюда, здесь чисто. Еда у нас вкусная, от души и с Богом приготовлена.
Отец Анатолий налил гостю знатную тарелку грибного супа, рядом тут же откуда-то нарисовалась ложка и кусок хлеба, а через минуту - еще и рыба в соусе и стакан чая.
- Кушай, кушай.
Илья растерялся. Как есть среди монахов? Стоило бы наверное перекреститься, но он никак не мог вспомнить, с какого плеча начинать. Наконец аппетитный запах вытеснил все размышления и он принялся усердно работать ложкой.
- Вкусно?
- Отменно! - честно признался Тоха. - Спасибо!
- Ну и хорошо. Ты на отца Василия не обижайся - он как истинный аскет тела давно не моет, ему тут выговор сделали, чтобы на кухне не крутился. С тех пор он только приведет кого-нибудь из понравившихся паломников - и во двор.
- Странный он немного, - признался Илья. В желудке появилось приятное чувство наполненности, но рыбу попробовать тоже очень хотелось.
- Щука по-монастырски, - похвалился Анатолий, усаживаясь рядом с гостем. - А отец Василий... Одни говорят - юродивый он, другие - что больной. Третьи называют его святым.
- А вы как думаете?
Анатолий пожал плечами.
- Не мне судить. Но ни пакостей, ни сплетен, ни похвальбы. Что ни попросишь - всегда помочь готов, как ни прислушаешься - молитву Иисусову творит. Так что одно знаю - монах он, отец Василий, нам всем у него еще поучиться надо. Не подложить рыбки?
- Нет, спасибо. Я наверное и этого не съем.
- Пришел к нам из белого духовенства, принял постриг. Рассказывал вроде, будто однажды увидел демонов и тогда решил уйти в монастырь. Такая вот история. Точно не будешь рыбки?..
Наевшись от пуза, Тоха неспешно вышел на крылечко трапезной. На ступеньках его ждал отец Василий.
- Сыт?
- Спасибо, наелся до отвала, вкусно все было.
- Вот и хорошо.
- А правда, будто вы...демонов видели?
Отец Василий энергично затряс головой.
- Сейчас расскажу тебе, все расскажу. Я знаю, многие думают, я сумасшедший, может и ты так думать будешь, но я расскажу тебе...
Он увел парня к лавочке, и потом долго что-то говорил, а Антон, уставившись на него своими по-детски чистыми глазами, слушал...
V
Живу с людьми и на отшибе все ж
Пекусь о многом, алчу одного
Отвсюду изгнан и повсюду вхож
Ф. Вийон
Он вошел в храм, поеживаясь. Ощущение, будто шагнул в открытое пламя.
Молодой статный батюшка задолго готовился к службе. Сияющий от радости Ангел Хранитель незримо помогал ему.
- Отче, я хотел бы...исповедаться.
Священник обернулся.
На него смотрел невысокий прихожанин самого обычного вида. Только глаза были какие-то жуткие. "Несчастье у человека..." - решил батюшка, и не задавая лишних вопросов, сказал:
- Хорошо. Подождите минутку, - и ушел в алтарь.
Демон осмотрелся. Чрезвычайно простая деревенская церквушка. Деревянный иконостас. Полтора десятка икон - но сколько Света!
Сделав несколько шагов, Элигор понял, что это предел.
Здесь он не мог пройти даже на середину храма.
От вида распятия и Евангелия ему стало нестерпимо жарко...Страшная дрожь прошла по его телу. Невыносимо...
Тонкое невидимое покрывало опустилось, накрыв аналой. У иконы Пресвятой Богородицы живые глаза. "Благодарю Тебя!" - сказал он про себя. Повернувшись чуть боком к аналою, демон произнес:
- Отче, давай так. Я расскажу тебе грехи мои, а ты скажешь, можешь ли разрешить их.
Он видел, что в углах и в окнах появляются отвратительные рожи мелких бесов. Алые лучи солнца падали на распятие.
Он понял - время истекло. Не успеет он выйти отсюда, как его возьмут.
В углу на несколько мгновений появилась высокая прекрасная фигура повелителя. Он что-то говорил своему герцогу, но слова не доходили сюда.
Элигор отвел глаза.
- Нет непрощаемых грехов, - сказал отец Василий.
- Ты сначала послушай. Очень давно я вознесся сердцем...
- Мы все гордецы, - вздохнул отче, с лаской глядя на своего странного прихожанина.
