На слабо меня что ли берёшь?! Да я! Да я! Никогда не любила уступать, а проигрывать это вообще не в духе Селены Рейес.
С криком: «Да что я там не видела?!» резко сдернула желанный предмет с бёдер ошарашенного парня. Той ойкнул и в тот же момент открыл глаза.
Мдааа… Ситуация патовая. И вот стоим мы посреди ванной. Я — едва успевшая прикрыться маленьким полотенцем, и Эрик — в одних трусах.
Сказать, что я обалдела от того, что меня так знатно подставили, ничего не сказать!
В немом звуке открывала и закрывала рот силясь что-нибудь сказать, пока парень цепко оглядывал моё еле прикрытое тело с огоньком в глазах.
В ванной и так было жарко из-за пара от горячей воды, но сейчас сильнее мы горели оба: Эрик от всепоглощающего желания сорвать с меня последний клочочек ткани, и этот замысел легко читался в его глазах, и я от жуткого стыда, что я стою голой перед мужчиной.
Не успела ничего ему ответить, как входная дверь ударилась о подпирающий её шкаф.
— О, за нами пришли! — радостно (думаю не совсем и радостный, из-за того что нас прервали) пробубнил парень и вышел из комнаты.
Я со скоростью света вытерлась полотенцем и накинула сверху чистую одежду. Пару раз даже выдохнула, чтобы выровнять сбившееся дыхание. Материализовала один из клинков в правой руке и настороже вышла из убежища.
— А она реально у тебя огонь! — удивленно присвистнул незнакомец, — Эм, леди, по умерьте пыл, здесь все свои, — произнёс высокий блондин, обращаясь ко мне. — Я Брант — друг этого оболтуса, — кивнул на парня, — и по совместительству глава сопротивления в этой академии, в которую забросил тебя шпионить Канцлер.
И на этом моменте я села. Образно, конечно. Переводила непонимающий взгляд с Эрика на Бранта, а потом обратно, постепенно со страхом осознавая, что меня наверно сейчас прикончат.
Но блондинчик не спешил меня убивать, что-то тихо спрашивал у котяры, который также тихо ему отвечал.
Хмыкнула, что привлечь внимание.
— Ты не предупреждал, что она такая нервная…
— Эээ, может всему виной одно покушение за другим?! — действительно нервничала я.
— Селена, не хочешь чая с ромашкой, говорят хорошо успокаивает нервы? — настойчиво спросил блонди.
Пить действительно очень хотелось, ведь на языке, кроме вчерашнего самогона, ничего не было. Поэтому ограничилась лишь осторожным кивком и убрала оружие.
Проследовав за заговорщика из нашей комнаты, оказалась в большом зале тоже без окон, посреди которого стоял длинный дубовый стол. По всему периметру каменных стен были расставлены шкафы, полки и тумбочки, в которых лежали и пылились различные предметы, начиная от книг и заканчивая печеньками, которые белобрысый быстро достал из тумбочки.
Я села за стол, дождалась своего чая с ромашкой, и только после этого парни сели напротив. Ага, я определенно в меньшинстве…
— Селена, я прошу прощение за тот инцидент на экзамене, — начал белобрысый, пока я пила, — Понимаешь, мы уже тогда знали, что тебя подослали с верхушки, но, к сожалению, не были в курсе о твоих намерениях. Нам было необходимо обезопасить организацию от шпионажа…
— А за вчерашний инцидент попросить прощения не желаешь? — сразу встала в оборону.
— Наша организация тут не причём, клянусь, — Брант прошептал слова магической клятвы, — Мои осведомители сообщили, что всё было подстроено имперскими наёмниками. Немного пошурудив в том гадючнике, удалось выяснить, заказ пришёл с самого верха, — и парень сделал жест, указывая пальцем в потолок.
Ясно, значит, Канцлер, — про себя подумала девушка, — стала бесполезной, вот и решил убрать. А слова-то какие были?! Я дарю тебе жизнь… Противно и мерзко.
— Пока что все уверены, что Вы вдвоём погибли под завалами, но как только их разгребут, у присутствующих возникнет множество вопросов. У Канцлера остались способы воздействия на тебя?
— Да, на внутренней стороне предплечья стоит его метка. Если пожелает, убьёт в любой момент, — уже не веря в хороший исход дела, грустно поведала.
— Избавиться не пробовала? — уточнил Брант.
— Что только не пыталась делать, все книги перевернула, пару раз теряла сознание на ритуалах, всё напрасно…
— Ну, я могу тебя немного обнадёжить, — тихо сказал белобрысый, — Мы уже свели похожую метку с одного человека.
— И как он? Долго стены отмывали? — ехидно спросила, а внутри всё аж замерло в ожидании ответа.
— Да ничего. Сидит вон перед тобой, живой и здоровый, — кивнул на соседа Брант.
— Просил же не рассказывать… — со злостью выдал Эрик.
А я удивилась лишь на миг:
— Ты и я, мы одной крови, так? — со смешком поддела котяру.
— Одной ни одной, но крови было много, — мрачно продолжил Эрик, — Огонёк, мы так и не нашли другого способа. Это очень и очень больно, и я сейчас не преувеличиваю, Селена. С обезболивающим помочь не смогу, иначе хозяин метки может что-то заподозрить, проигрывая твои последние эмоции перед смертью, понимаешь?
— Я просто хочу поскорее стать свободной, — решительно отвела обоим. — Ну, что мне нужно сделать?
