Рина, не без труда, смогла обнаружить местоположение Гэрса, который, как она и предполагала, обосновался на вершине Великих гор. Не теряя времени даром, она обрушилась на него с вопросом, прекрасно зная, что он поймёт её с полуслова.
«Чего ты хочешь добиться своими действиями?» – её голос напряжён и взволнован. (Мыслеречь передаёт эмоции не хуже, а возможно даже лучше голоса.) Сильнейший ветер треплет её длинные перламутровые волосы и разрывает на клочья тумана её серое искрящееся платье, которое раз за разом восстанавливает свои очертания, являясь живой материей. Но всего этого Рина просто не замечает, так как сосредоточена на бесстрастном лице своего соплеменника.
Он, молча, поворачивает в её сторону голову, и разъярённый ветер, больше не может добраться до изящной фигуры той, которая так много лет была его наваждением.
– Ты же знаешь, что всё уже предрешено, – приподнял белую бровь Гэрс, оставаясь совершенно равнодушным к бушующим в душе Рины эмоциям.
– Это не ответ, – резко, смотря, в его красные с белым белком глаза, ответила Рина. – Она боится тебя, разве ты не видишь?! Она ещё не успела разобраться в себе, а ты обрушился на неё с неотвратимостью урагана. Твоя настойчивость не приведёт ни к чему хорошему, пойми!
На это Гэрс ничего не ответил, продолжая всматриваться вдаль. Рина глухо рыкнула и сложила руки на груди, чтобы удержать себя от острого желания расцарапать его невозмутимое лицо.
– Значит, ты уже всё решил? Планируешь дождаться, когда влечение к тебе у неё достигнет пика, и она позволит тебе образовать с ней связь вопреки её желанию? И что потом?
– Она – Ида, – спокойно ответил Гэрс. – А это значит, что её иррациональный страх ко мне исчезнет только после завершения формирования связи и только тогда с ней можно будет наладить конструктивный диалог. Сейчас она ослеплена этим страхом. Мои слова сейчас бесполезны и не найдут отклика в её сердце. Всё на чём она сейчас сосредоточена – это её собственные эмоции и чувства. Но они искажены. Да ты и сама всё это прекрасно знаешь. Так зачем вынуждаешь меня озвучивать эту непреложную истину?
– Так не будет Гэрс. Только не с Наори. Она другая, хоть и Ида. Осознай это, наконец! Её страх может и исчезнет, но на его смену может прийти тьма, и тогда ты можешь потерять её навсегда. Я не хочу допускать этого! – глаза Рины вспыхнули, и белок залила чернота, а ромбовидный зрачок запульсировал на алом фоне радужки, выдавая её нешуточное беспокойство.
