Морпех, держа москвича на мушке, взял портфель, лежавший на соседнем кресле, и быстро заглянул в него. Деньги были на месте. Он тут же переложил их в свой чемоданчик и повернулся к гендиректору:
— Сейф!
Тот трясущимися руками открыл сейф и извлек все деньги, которые там были. Их оказалось гораздо больше, чем предполагалось. Шибан сгреб их, а заодно подцепил и перерезал ножом телефонный провод. Кинув деньги в чемоданчик Морпеха, он забрал мобильники, лежавшие на столе перед бизнесменами, и положил их себе в карман. Затем он заглянул под стол, чтобы забрать микрофон, и… обнаружил там еще один. Надо было срочно сматываться, но прежде обоих начальников связали. Одновременно с этими действиями вырубилось электричество. Здание было обесточено — четко сработала бизнес-вумен. Началась обычная в таких случаях суматоха.
— Сидите тихо, ворюги! — произнес Шибан, быстро заклеивая обоим рты клейкой лентой и показывая Морпеху знак рукой, означающий необходимость ускорения действий.
Горе-бизнесменов привязали лентой к креслам, отдельно прихватив руки и ноги, и оставили сидеть в одиночестве. Они могли только мычать, надеясь, что кто-то когда-то их все же начнет искать и в конце концов вскроет приемную, которую робин-гуды закрыли снаружи.
Мнимые электрики деловито прошествовали через проходную пароходства и под возгласы вахтера врубили электропитание здания. Затем, уже на улице, они бросили в урну чужие мобильники и ключ от приемной. Операция прошла удачно и без эксцессов. Навар составил девяносто тысяч «баксов» — по тридцатке на брата!
— Так им, барыгам, и надо! — заметил Морпех, всё больше входя в образ борца за справедливость. — И давайте, леди энд джентльмены, внесем по штуке в какой-нибудь детский дом…
— Да ты никак Деточкин? — на всякий случай уточнил Шибан, имея ввиду фильм «Берегись автомобиля». — Я, кстати, «за»!
— Я, кстати, тоже! — поддержала его бизнес-вумен, несмотря на то, что это явно не входило в ее планы, но корпоративность, учитывая явные успехи нынешних партнеров, была превыше всего.
Бизнес-вумен тут же вырулила к первому попавшемуся по пути детскому дому, собрала три тысячи долларов и, выйдя из машины, засунула деньги в ящик с надписью «Пожертвования», прикрепленный на двери заведения.
— И это правильно! — опять произнес Морпех, удовлетворенный этим действием.
— Кто же их пасет? — озадачился Шибан, возвращаясь к эпизоду со вторым микрофоном.
— Кроме нас некому, — ответила бизнес-вумен, зная весь расклад посетителей гендиректора.
— А ты, когда устанавливала микрофон, — стал размышлять Морпех, — не заметила…
Хотя понятно, что нет. Ты ведь не залазила под стол. Значит… УБЭП или ФСБ.
— Похоже, друг, ты прав! — согласился Шибан с выводом Морпеха. — Что будем делать, господа? Ставить точку?
— Брать! — с ходу выпалил Морпех, который, как и все они, за короткий промежуток времени значительно улучшил свое благосостояние. — Однозначно!
— Брать! — поддержала их бизнес-вумен, для которой, как впрочем и для всех них, в обострении ситуации был даже некий кайф.
— Завтра на этом же месте в восемнадцать часов! — скомандовал Шибан, тем самым соглашаясь продолжить операцию.
Партнеры расстались. После обнаружения второго микрофона им предстояло тщательно подготовиться к заключительной фазе — захвату полумиллиона «баксов» — и обыграть опытного соперника в лице государства, или «оборотней в погонах».
Думая о своем, Шибан до обеда облазил с женой и дочерью массу объектов недвижимости. Ирэн была на седьмом небе от счастья. Впервые за всю супружескую жизнь с военным человеком она выбирала себе достойную квартиру. Не клетушку, не коммуналку, а именно квартиру со всеми удобствами. Раньше эти самые удобства располагались, в лучшем случае, в общем коридоре, в худшем — во дворе. Они понимали, что этот счастливый миг сытой жизни может также быстро закончиться, как и начался.
Поэтому выбор был сделан на не очень дорогую трехкомнатную квартиру общей площадью сто квадратных метров в экологически чистом Ленинградском районе. Там же, по соседству, согласился поселиться и Морпех со своей семьей. Предстояло новоселье, и загашник в виде зеленых купюр был очень кстати.
К шести часам вечера план захвата, можно сказать, созрел, и группировка собралась в назначенном месте.
— Ты, Лена, — Шибан впервые назвал ее по имени, — проникаешь в порт под каким-нибудь предлогом…
— Рыбку посмотреть перед покупкой, — ввернула бизнесменша, для которой «нагреть» кого-нибудь на рыбе было привычным делом.
— Годится! — согласился Шибан и продолжил: — Машину свою временно отдашь нам.
Шибан взглянул на мадам и не нашел у нее в глазах явного одобрения этой затеи.
— А как же я попаду в порт? — озадаченно произнесла бизнес-вумен. — У меня и пропуск на машину имеется.
— Пропуск — это хорошо, но светиться с машиной не надо. Вообще, желательно, чтобы тебя там нигде не зафиксировали в эти дни. Понятно?
— Понял! — почему-то по-мужски ответила Ленка.
— Проникаешь в порт, находишь причал, где стоит судно, изучаешь особенности, влияющие на операцию, рисуешь план места. Понятно?
