Недруги России делают все возможное для того, чтобы мы не задумывались об угрозах, возникающих для нашей экономики. А если бы даже задумывались, то не могли найти выхода из экономических тупиков и ловушек. Между тем, имеется бесценный опыт человечества, которым мы обязаны воспользоваться. Иначе говоря, при разработке программы экономической обороны не следует «изобретать велосипед». Речь идет как об отечественном, так и зарубежном опыте. Имеется ряд типичных (типовых) угроз, возникающих для любой экономики: переход предприятий под контроль иностранцев, сворачивание и даже полная остановка производства, провоцирование экономических кризисов и экономическая дестабилизация, организация внешних блокад, обесценивание национальной денежной единицы и обрушение ее валютного курса, конфискация и замораживание зарубежных активов, диверсии на военных предприятиях и т. д. Все это периодически случалось и случается в истории человечества и называется экономическими войнами, экономическими диверсиями, подрывной деятельностью, аннексиями и другими специальными терминами. Сегодня мы избегаем этих понятий, что затрудняет понимание экономических угроз и выработку мер противодействия им. Немного отвлекусь. В свое время мне привелось участвовать в работе одной из экспертных групп Совета безопасности Российской Федерации по экономической тематике. Честно говоря, меня поразила атмосфера заседания: оно было похоже на рутинное заседание ученого совета, обсуждавшего какие-то экономические абстракции. При этом использовался язык западных учебников по макроэкономике, а слов «внешние угрозы», «подрывные акции», «мобилизационные мероприятия», «экономическая дестабилизация» и прочая отработанная десятилетиями лексика генеральных штабов полностью отсутствовала (примечательно, что несколько участников заседания были облачены в генеральскую форму).
Между тем, основные меры противодействия внешним угрозам национальной экономике нам известны. Это:
• введение государственной монополии внешней торговли,
• запрет или ограничения на свободное трансграничное движение капитала,
• установление государственной валютной монополии,
• проведение национализаций иностранных активов в стране (а также активов, принадлежащих компрадорской буржуазии),
• отказ от погашения (и даже признания) всех или части внешних долгов,
• установление эффективного государственного контроля над центральным банком и денежным обращением внутри страны,
• проведение внутри страны чрезвычайных мобилизационных мер с соответствующей перестройкой государственного управления экономикой, созданием системы государственных резервов и т. п. (для противостояния блокадам и наращивание военно-экономического потенциала страны),
• организация специальных компаний и торгово-финансовых схем для получения на внешних рынках необходимых товарных и финансовых ресурсов (в условиях блокад),
• возвращение внешних активов в страну или выведение их из зон высокого риска и т. п.
Наиболее ценным является наш собственный опыт. Особенно опыт СССР первой половины XX века. Что касается XXI века, то здесь нам может быть интересен опыт братской Белоруссии, Венесуэлы, Ирана и ряда других стран, не желающих вписываться в новый мировой порядок.
Общие положения:
а) прекратить дальнейшее наращивание внешних активов путем введения различных запретов и ограничений на вывоз капитала из страны;
б) конвертация высоко рисковых зарубежных активов в активы, менее подверженные конфискациям;
в) сворачивание до минимально необходимого (допустимого) уровня внешних активов РФ.
Наиболее перспективным направлением должна стать схема
Программа защиты внешних активов РФ отчасти должна решать и более широкие задачи, выходящие за рамки экономики. В частности, национальная власть должна иметь полную информацию о владельцах зарубежных активов. Это необходимо не только для решения вопросов имущественных, но также вопросов национальной безопасности. Еще раз повторим, что мы находимся в состоянии необъявленной войны. Стало быть, жить мы должны по законам войны.
