– Принято. – подтвердил шестой приказ командира. Он тотчас отключился и продолжил смотреть в окуляр тепловизора. Данный прибор находился не только в тактической маске, но и в оптическом прицеле оружия. Работали они немного по-разному, что позволяло использовать их поочерёдно. В одном режиме лучше видно одно, в другом что-то ещё.
Мощная взрывная волна ворвалась в пространство каменной лестничной клетки. Не найдя себе выхода там, она устремилась наверх. Спрессованный воздушный поток, наткнулся на парня, что бегом поднимался по узкой стремянке. Он подхватил молодого десантника, и как пушинку швырнул в распахнутый люк, ведущий на плоскую кровлю.
Роман выскочил в открытый проём, словно лёгкая пробка из тёплой бутылки шампанского. Боец, как ракета пролетел несколько метров, и по дуге стремительно ринулся вниз.
Сержанту весьма повезло. Во-первых, его отшвырнуло на крутой косогор, что поднимался сразу за домом. Поэтому, парень свалился на землю с небольшой высоты.
Во-вторых, он рухнул на склон, поросший густою травой. Упади он на камни, которые находились вокруг, то получил бы большое число переломов, а скорее всего, тут же погиб.
В-третьих, он всё же смог сгруппироваться в полёте. Роман выставил перед собой руки и ноги и, только затем, плашмя рухнул на грунт. Инерция оказалась так велика, что руки у бойца подломились и вместе с ногами разъехались в разные стороны.
Почти всю силу удара, приняло на себя снаряжение российского воина. Край шлема, защищавшего лоб диверсанта, впечатался в почву и не дал прикоснуться к земле его замечательной маске. Стекло монитора, со встроенным в него «ПВН», к счастью, не лопнуло, и осколки не врезались в лицо и глаза человека.
Бронежилет, закрывавший сержанта от горла до паха, распределил всю нагрузку весьма равномерно. Он уберёг молодого бойца от многочисленных травм внутренних органов.
Наручи и налокотники из прочного пластика защитили руки десантника, поножи и наколенники, крепкие ноги. Каким-то неведомым чудом, автомат удержался на прочном ремне и остался висеть на спине, а не врезал ему прямиком по затылку.
Основной неприятностью, оказалось удивительно мощное сотрясение тела. Оно оказалось настолько болезненным, что у бедного парня отключилось сознание. На короткое время Роман впал в то состояние, что называется «грогги».
Так обозначают боксёры то помутненье рассудка, которое у них возникает от пропущенного в челюсть удара. Всё вдруг поплыло перед глазами сержанта. В ушах зашумел водопад величиной с Ниагару. Весь организм ныл и стонал, словно попал под тяжёлый каток для укладки асфальта.
Через минуту, Роман слегка оклемался. Он поднял глаза на сенсоры маски и убедился, что они загорелись один за другим. Оглушённый сержант выбрал яркую кнопку с красным крестом и активировал небольшую аптечку, встроенную в бронекостюм.
Кожа плеча ощутила слабый короткий укол. Приклеенный к телу маленький шприц впрыснул под кожу дозу лекарств. Ядрёная смесь боевых стимуляторов растеклась по всему организму и тотчас начала оказывать нужное действие. Через десять секунд, парень отметил, ему стало значительно лучше.
Роман кое-как повернулся на бок. Помогая руками себе, он с огромным трудом принял «положение сидя» и огляделся вокруг. Предутренний воздух заполнило плотное облако пыли. Оно не давало работать очкам-тепловизору.
Перед глазами весела лишь розоватая муть. Выяснилось, что сквозь неё невозможно, хоть что-то увидеть. Дисплей, принимавший изображение с дрона, висевшего над головою десантника, к сожалению парня, ничего не показывал. На нём наблюдалась лишь туча густого тумана, растёкшегося по всему кишлаку.
Нельзя было понять, где же находятся остальные соратники? Скорее всего, ребята подумали, что он взорвался с особняком богача и тут же ушли к перевалу. Хотя, кто его знает? Может быть, они его ищут в развалинах, а он не может их видеть, из-за того, что барахлит электроника?
Глаза Романа снова прошлись по разноцветным иконкам. Парень нашёл небольшую синюю «кнопку», задержался на ней и включил миниатюрную наплечную рацию.
Боец вспомнил о том, что лейтенант был без сознания после ранения и вызвал его помощника Глеба. Старший сержант всегда замещал командира в экстренных случаях.
– Третий. – сказал Роман в микрофон: – Вызывает второй. – парень прислушался, но не разобрал ничего, кроме тихого рокота, шумевшего в голове и ушах.
– «Остался без связи». – сказал парень себе и глянул на цифры, висевшие в правом углу тактической маски. До возвращенья на базу, у него оставалось ещё шестьдесят две минуты. До точки встречи всего три километра по относительно ровной горной дороге. Можно спокойно успеть, даже в его плохом состоянии.
Роман слегка успокоился и ощутил, что трудно дышать. Частички пересушенной глины, извёстки и пепла от сгоревшего дерева, уже оседали на слизистой носа и рта. Они забивали иссохшее горло и лезли значительно глубже, в трахеи десантника. Пришлось срочно закрыть низ лица полоскою ткани, висевшей на шее, как горловина от свитера. Стало значительно легче.
