На дверь каюты обрушилась волна тяжёлых ударов. Стук этот моментально породил новую идею. Бросив топор, Коля принялся толкать письменный стол, намереваясь прижать им люк в арсенал. Но стол оказался привинчен намертво. Матерясь от переизбытка чувств, он переключился на сервант, на этот раз задействовав инженерную мысль. Вбив лезвие между стеной и невинной мебелью, гопник поворотом рукояти, как рычагом, отодрал шкаф от стены. После рванул сервант руками, отчего мебель сдалась и бухнулась на пол.
«Мля, прутья рубить надо, а не шкафы кантовать, рванёт же сейчас!» - закрутилось в голове.
Но шкаф Коля не бросил и, вздувая вены на лбу, проволок его по полу, закрыв люк арсенала. После схватил топор и принялся лупасить по соседнему с перерубленным пруту. Стоило тому сдаться, как в люк арсенала настойчиво заколотили. Шкаф начал нехорошо приподниматься: силёнки с той стороны явно имелись. Коля вогнал топор в пол и попытался отогнуть перерубленные пруты руками. Немедленно выяснилось, что топор является нереально крутым девайсом, так как, с одной стороны, пруты решётки он рубил, а с другой, гнуться и ломаться под напором рук эти пруты не желали совершенно. Подгоняемый целым ворохом внешних факторов, гопник выдернул топор и принялся рубить пруты в верхней части окна. Но здесь произошло новое «О, боже мой».
Светомаскировку на корабле соблюдали далеко не зря, так как с города по «окну в Париж», что изливало на водную гладь яркий свет, навелись из тяжёлых береговых пушек, которых в потаённой батарее имелось всего две, но которые доставляли кораблю немалое беспокойство.
Чуть ниже потолка, древо буквально «выплеснулось» из стены, образовав солидного размера дыру. Попаданца обдало щепками, некоторые из них болезненно вонзились в кожу. Уши заполнило звоном, тело швырнуло на пол.
К счастью гопника задело лишь неким остаточным явлением. По лицу заструилась кровь, но это так, царапины. Собравшись духом, Коля встал и поковырял к окну. Один из прутьев был перерублен до этого, а второй соизволил податься, и переломился от давления в месте надруба топором. В образовавшуюся дыру удалось вполне свободно протиснуться. Бросив прощальный взгляд на приподнимаемый лютой силой шкаф, мужчина оттолкнулся от проёма и рыбкой прыгнул в бодрящие объятия морской воды. Тут же воду вокруг вздыбило ударами нескольких арбалетных болтов, но судьба решила не портить «финт ушами», и все они прошли мимо.
Отплёвываясь от воды матюками, Коля вынырнул и широким брасом поплыл к берегу. В плавании он действительно соображал и, несмотря на груз, весьма быстро доплыл до города.
Лодку он не увидел, но с лодки услышали его плескания, отчего немедленно подплыли поближе.
- Коля, сюда, это ты?! – послышалось метрах в десяти от пловца приглушённое Женино шипение.
Приглашать гопника на борт дважды не потребовалось. Он различил силуэт лодки, что даже в пяти метрах умудрялась сливаться с водной гладью и уже через минуту Митунгские матросы затаскивали его в шлюпку.
- Ты как!? Мы были уверены, что тебя схватят, но решили пока курсировать вдоль берега напротив корабля, - искренне волновался и радовался Женя. - Что там стряслось, почему ты так долго? Кстати, эту светящуюся дыру ты в нём проделал? – указал Женя в сторону моря.
Коля взглянул в темноту, но никакого окна уже видно не было. Завесили его. Как и дыру от ядра чуть выше.
- Всё зря, - застонал от обиды мужчина. - А я был так близко! Ты представляешь, зажигалку поставил под бочонок, а он не взорвался, - готов был расплакаться Коля.
- Да брось ты это, - успокаивал его Женя, – главное невредимым вернулся! Считай, в пасти у льва побывал!
Матросы тем временем тихо выгребали к замаскированному доку. Периодически грохотали пушки, а со стороны форта слышались непонятные крики, но подавленного неудачей гопника всё это волновало мало. Пережить столько всего, потратить бесценные бонусы и всё напрасно…
***
Начальник охраны корабля мрачно разглядывал магическую зажигалку. Рядом стоял другой пират и виновато смотрел на лежащий на полу завёрнутый в мокрую тряпку обугленный бочонок.
- Вы точно его убили?
- Без сомнений, - коротко ответил мужчина – ассасин.
- Вы же поняли, что это заблудший, лишь только он спустился на вторую палубу, почему не скрутили?
- Поэтому и не скрутили, что заблудший, - оправдался ассасин. - Решили посмотреть, зачем он здесь. А как он полез в арсенал, приняли решение убить.
- Так ведь тело не исчезло! Какого вы бросили его в арсенале!? – не унимался начальник.
- Мы не знали таких подробностей, у нас эти ребята редкость… - мрачно произнёс второй из охранников арсенала.
- Ладно, всё хорошо, что хорошо кончается… - кивнул начальник охраны. - И думаю, мы не будем докладывать об этой части инцидента капитану, - кивнул он на зажигалку. - И кроме этого имеется за что укоротить наш рост... То, что диверсант оказался заблудшим, как ни странно, наше единственное оправдание.
Охранники с надеждой переглянулись. Трое мужчин находилась сейчас в арсенале, плотно прикрыв дверь на вторую орудийную палубу.
