— Внизу, в багажнике! — доложил Стрельцов.
— Кто их подослал? Кто?! — сорвался на крик Раздольнов.
Стрельцов развел руками. Галлиев яростно сверкнул глазами и процедил: — У-у, шакалы, молчат.
— Волоките их в гараж! Я сейчас! — приказал Раздольнов и пошел переодеваться.
Сменив халат на спортивный костюм, он спустился во двор и увидел обе БМВ. На них были видны следы погони, у одной машины в лобовом стекле зияли пулевые пробоины, у другой вдоль правого борта, словно после удара огромной когтистой лапы, лохмотьями свисала обшивка. От багажников к гаражу тянулись две кровавые полосы. Раздольнов вошел внутрь. У стены на полу валялись два окровавленных тела, он окатил их ледяным взглядом и рявкнул:
— Кто стрелял?
— Похоже этот, — Стрельцов пнул того, что был одет в синюю джинсовку.
Мучительный стон прозвучал под сводами гаража. Раздольнов склонился над киллером и впился глазами в его лицо, оно представляло кровавую маску, глянул на второго, — тот едва дышал, и спросил:
— А это кто?
— Водила злющий, как пес, чуть мне руку не прокусил, пришлось зубы посчитать, — пожаловался Галлиев.
— Плесните на них, пусть очухаются! — распорядился Раздольнов.
Стрельцов и Галлиев подхватили ведра с водой и вылили на пленников. Первым пришел в себя киллер, открыл глаза, в них появилось осмысленное выражение, задержал взгляд на Раздольнове, и его губы искривила гримаса.
— Чо кривишься, шакал?! — взвился Галлиев и наступил киллеру на руку. Тот взвыл от боли.
— Подожди, Вил! — остановил его Раздольнов и обратился к киллеру. — Кто тебя подослал?!
Не услышав ответа, Раздольнов кивнул Галлиеву, и тот продолжил пытку. Киллер выл, матерился, но так и не назвал имени заказчика, и тогда Стрельцов с Галлиевым взялись за водителя. Он недолго упорствовал, пытки развязали ему язык, но это мало что дало. В прошлом бригадир «ореховской» преступной группировки, он после громкого убийства бизнесмена из Ногинска бежал из России и скрывался в Италии. По старым связям на него вышел киллер и нанял в качестве водителя за тысячу долларов. О нем, кроме имени Антон, «бригадир» больше ничего не знал. В том, что имя подлинное, у Раздольнова имелись серьезные сомнения, и это ничего не давало.
Галлиев и Стрельцов снова взялись за киллера. В ход шли пассатижи, нож и резиновый шланг, но он так и не назвал имя заказчика. Осатанев, Вил запустил паяльную лампу, но даже она не развязала киллеру язык. От удушающей вони у Раздольнова снова начала кружиться голова, а к горлу подкатил тошнотворный ком. Он выбрался из гаража отдышаться. К нему присоединились Стрельцов и Галлиев.
— Николай Павлович, пока гад коньки не откинул, его надо раскручивать по-другому, — предложил Стрельцов.
— Как? Ты же видишь, он скорее себе язык откусит, чем скажет. Сволочь, его… — Раздольнов разразился бранью.
— Николай Павлович, тут надо подключать психологию.
— Чт-о?! Какая к черту психология? Он щас сдохнет!
— Пытки нужно прекратить, это бесполезно. Он долго не протянет.
— Ну прекратим, а дальше что?
— Киллер, не пацан, лет на тридцать пять тянет, значит не холостяк, а это дает нам…
— Все, Володя! Перестань морочить голову! Ты не Шерлок Холмс, а я не доктор Ватсон! — потерял терпение Раздольнов.
— Холостяк он? Ха-ха, — хохотнул Галлиев. — Так может свадьбу сыграем?
— Хорош ржать, Вил! — цыкнул Стрельцов и снова обратился к Раздольнову. — Николай Павлович, я к тому, что изучал психологию таких типов, как киллер.
— Ладно, Володя, говори, только быстрее, пока он не подох! — торопил Раздольнов.
— Так вот, такие типы, как киллер, четко знают, на что идут.
— Хорошо, знают, а что это дает?
— Киллеры и террористы в психологическом плане сходятся на одном, они готовы играть по-крупному.
— И на чем играть с ним?
— На детях, на жене.
— Ладно, пошли, покрутим, других вариантов не остается! — согласился Раздольнов.
Они возвратились в гараж, и то, что увидели, заставило их торопиться. Водитель доживал последние минуты, из его простреленной груди со свистом вырывался воздух, а на губах пузырилась кровавая пена. В киллере еще теплилась жизнь. Он очнулся после пытки паяльной лампой и пытался дотянуться до шланга с водой. Из него слабой струйкой сочилась вода и растекалась по полу. Галлиев шагнул вперед и наступил на шланг.
— Погоди, Вил! — остановил его Раздольнов и потребовал: — Умой его и дай напиться, пусть пьет, сколько захочет.
Галлиев струей воды смыл с киллера кровь, прислонил к стене и сунул в руки шланг. Давясь и захлебываясь, киллер пил и не мог напиться. Вода погасила сжигавшую его жажду и придала силы. Раздольнов пододвинул к себе стул, присел и обратился к киллеру:
— Антон, или как тебя там звать, мы оба русские, но по разные стороны баррикад. Сегодня ты проиграл. В больницу тебя не повезешь, нам ни к чему подставляться. С такими, как у тебя, ранами долго не протянешь. Но есть вариант.
Раздольнов взял паузу; прошла секунда, другая, и киллер заговорил:
— Какой?
— Другой разговор! — оживился Раздольнов и спросил: — Куришь?
— Нет.
