– Знаешь, а ты кажешься не такой уж и задницей, когда отвечаешь! – издаю неуверенный смешок и ускоряюсь, пытаясь догнать морта. А тот вдруг так резко тормозит, что я, не успевая остановиться, всем телом врезаюсь в его широченную спину и,дабы окончательно не потерять равновесие, рефлекторно обхватываю его за талию.
Ох, зря я себе это позволила.
Уже в следующую секунду оказываюсь прижатой к шершавому стволу дерева, а свирепый хищник, с силой сжав мои запястья пальцами и вздёрнув руки над головой, нависает надо мной огромной глыбой и утробно рычит, взирая сверху вниз разъярённым взглядом. Губы его кривятся, ноздри раздуваются на частых отрывистых вдохах, а грудь так сильно вздымается, что задевает мою.
Но мне не страшно.
Это ведь просто сон.
– Совсем меня не боишься… – звучит его низкий голос и, кажется, я остановилась на двух, решив бросить считать к чёртовой матери. Затаив дыхание смотрю ңа него,даже не моргая и чувствую, что угодно, – замешательство, непонимание, любопытство, но только не страх.
– Страх не в опасности, – произношу неожиданно для самой себя, - он в нас самих. Разве не ты мне это сказал?
Вижу, как лицо морта напрягается, каждая грубая черта становится острее. Пальцами всё сильнее сжимает мои запястья, так что хочется застонать от боли, но я не делаю этого, готова стоять до конца, готова всё вытерпеть, лишь бы он признал во мне друга. Лишь бы не смотрел больше с таким презрением.
– Скажи мне, – говорю твёрдо, - от кого эту фразу услышал ты?
Не отвечает.
– Это… это ведь был альбинос? Я права? Это был Вал? Скажи мне, я хочу знать, как это всё связано! Я ничего не понимаю!
Глубокая впадинка появляется между тяжёлыми бровями морта, руки падают по швам, даруя мне свободу, но я и с места не двигаюсь, упрямо смотрю ему в лицо, жду ответа, хоть и мозгами понимаю, что сны – это всего лишь сны! Никак не реальность!
– Альбинос? – практически беззвучно повторяет и теперь глядит на меня с сомнением.
Лучшего ответа и не нужно – Д-88 услышал эту фразу не от Вала.
Вдруг его ладонь оказывается прижатой к моим губам, одновременно с этим он обхватывает меня за талию, круто разворачивает на месте, прижимая спиной к своей груди,и в приказном тоне шепчет на ухо:
– Молчи и не двигайся.
Слушаюсь. Но понять не могу, что происходит. Глазами рыскаю по лесу и никого, ничего не вижу. Не слышу ни единого шороха, даже ветер листвой не шумит.
– Что ты сделала? – вновь звучит напряжённый голос морта.
«Я? Как я могла что-то сделать,тем более во сне»?! – хочу воскликнуть, но боец так сильно прижимает ладонь к моему рту, что всё, что могу, это лишь пожать в ответ плечами.
Его сердце бьётся так часто и так сильно, что каждый удар спиной ощущаю, каждый удар сквозь себя провожу… и еще больше дрожать начинаю. Но вновь причина этому не страх… Близость?
– Зачем ты это сделала? – с таким осуждением шипит, слoвно я совершила нечто ужасное.
Но что? Что я сделала?
Убирает ладонь с моих губ и мягко поддевает пальцами подбородок, поворачивая голову в ту сторону, где среди деревьев стоит человек в длинном чёрном плаще, на голову его наброшен капюшон и всё, что удаётся видеть, это два горящих изумрудных глаза и широкую зловещую улыбку, при виде которой мурашки бегут по коже.
– Ты?.. - выдыхаю едва слышно, узнав паренька-морта с иллюзорной завесой,и следом по лесу прокатывается холодный мальчишеский смех и громкие аплодисменты.
– Чудесно! Просто чудесно!!! – восклицает он звонким голосом, и рассевается туманной дымкой, прежде чем Д-88 успевает броситься на него в попытке схватить.
– КТО ЭТΟ БЫЛ?!! – круто развернувшись, ревёт мне в лицо.
Но я не успеваю ответить. Внезапно, схватившись за живот, морт падает на колени и сжимает зубы с такой силой, словно ему мучительно больно. Α местность начинает меняться… Красная вспышка – чёрная – красная – чёрная… И издевательских смех людей, будто далёкое эхо, звучит отовсюду.
– Эй? Эй, что с тобой?! – падаю на колени перед мортом и поверить не могу в то, что вижу. Он извивается на земле,трясётся в судорогах, держась за живот, приглушённо рычит сквозь сжатые зубы, а стоило его коснуться и, взмахнув рукой, боец отправляет меня в полёт к ближайшему дереву.
– НЕ ЛЕЗЬ!!! – раздаётся его свирепое рычание, а следом тихие, полные боли слoва: – Или сама пострадаешь…
Открываю глаза, рывком сажусь на кровати, хватаю ртом воздух и дрожу так сильно, словно у меня лихорадка. Подкашивающимися ногами ступаю на пол, срываю с себя промокшую насквозь ночную сорочку, хватаю первую попавшуюся одежду из шкафа, наспех одеваюсь, бегу к двери, не справляюсь с координацией и на полном ходу врезаюсь в дверной косяк.
– Проклятье… – Острая боль прострелила лицо, а от разбитой брови вниз по щеке побежала дорожка липкой крови.
