– А… уже на месте?
– Да. Нас пригласят. Там секретарь, с какими – то бумагами. – Курт поднялся. Это был немолодой мужчина, возраст которого подчеркивался седой бородой. Волос на голове почти не было, лишь не широкая полоса на затылке. Высокий, под два метра, широкий в плечах, стройный и подтянутый он являл собой образец здорового образа жизни. Курт был одет в темно – синий двубортный костюм, и держал в руке портфель из неокрашенной кожи.
– Сегодня хороший день. Наконец – то закончились эти дожди и можно подставить лицо солнцу – его большие серые глаза светились доброй улыбкой.
Дверь в приемную открылась, и молодая красивая девушка в строгом черном костюме, пригласила их в кабинет. Навстречу, из-за широкого массивного стола натурального дерева, поднялся молодой лет тридцати пяти мужчина. Он был килограмм на двадцать тяжелей, чем следовало бы, среднего роста, с круглым лицом, в которое были воткнуты два живых глаза. Это был управляющий банком Валерий Дмитриевич Пивоваров.
После короткого приветствия он протянул руку с обрубками толстых пальцев в сторону боковой двери и пригласил пройти. Это был зал для переговоров, с большим круглым столом, у которого стояло восемь кресел. На столе, против каждого кресла, лежали чистые листы бумаги. Когда Антон и Курт проходили в указанном направлении, управляющий подошел к своему рабочему месту, и нажал кнопку селектора:
– Надя, Шехворостова, Ступку и Селезнева ко мне. Да, и сделай всем кофе.
– Ну, как Вам Киев, доктор Плейзе, – спросил Валерий Дмитриевич, садясь на свое место.
– Я ошеломлен. Такой объем строительства, и ремонтных работ… Извините, здесь можно курить? – Немец опустил руку в карман, за сигаретами.
– Да, конечно. Сейчас принесут кофе и пепельницу. Говорят, что новый премьер, совершенно не прикасается к бюджету города, вот и результат.
В зал вошли трое молодых людей и секретарь с подносом, на котором стояло шесть белых фарфоровых чашек и такая же пепельница. Все присутствующие молча ждали, когда девушка расставит посуду, и лишь после того, как за ней плотно закрылась дверь, Валерий Дмитриевич начал говорить:
– Рассаживайтесь и перейдем к делу. Представлять Вас друг другу не буду, мы все давно знакомы. Начнем с главного. Антон Сергеевич, мы рассмотрели на кредитном комитете представленный вами проект, и нашли его очень интересным и перспективным. Вчера немецкая сторона открыла в нашем банке депозит, равный их доле инвестиций. Это было наше последнее условие, и мы удовлетворены. По нашему соглашению компания доктора Плейзе инвестирует в торговый центр один миллион немецких марок, реконструкцию вы проведете за шесть месяцев, мы открываем вам кредитную линию в размере двух миллионов гривен для пополнения оборотных средств. Процентная ставка – двадцать. Если нет принципиальных возражений, то дальше все зависит от вас. В деле, кажется, не хватает пары документов, чем быстрее вы их оформите, тем быстрее пойдут деньги.
– Нас все устраивает. Технические вопросы я решу с ребятами, – Антон посмотрел в сторону сотрудников банка, – поэтому не вижу смысла вас задерживать.
Он встал и протянул руку, при этом его лицо выражало явное удовольствие.
– И что, – управляющий бросил лукавый взгляд на Антона, – мы даже не пропустим по пятьдесят грамм за успешное сотрудничество?
– Спасибо. – Антон опустил руку. – Но я за рулем.
– Ничего, коньяк не повредит. Через сорок пять минут после употребления ста грамм ни одна экспертиза не определит. Правда, при условии, что напиток качественный, а никакое-нибудь пойло, закрашенное чаем. – Продолжал настаивать Валерий Дмитриевич.
На этот раз он сам с шумом поднялся, подошел к стеклянному шкафчику, стоявшему за спиной, и извлек из него бутылку Хенеси и три коньячных бокала.
– Вы можете быть свободны. – Обратился он к своим сотрудникам, когда повернулся лицом к столу. – Когда мы закончим, Антон Сергеевич зайдет к вам и договорится о деталях.
Антон бросил умоляющий взгляд на Курта. Ему явно хотелось поскорей выйти отсюда и дать волю эмоциям. Он не любил неписаный протокол подобных деловых встреч, и вести беседу на отвлеченные темы за бокалом коньяка предпочитал с людьми ему интересными, а не полезными. Но Курт состроил суровую гримасу и утвердительно кивнул головой, точно одернул друга. Антон смерился. Их немой диалог остался не замеченным.
Выходя на улицу, Курт опустил на плечо Антону свою тяжелую руку, и, глядя сверху вниз, сказал:
– Тебя можно поздравить, дружище.
– Нас, Курт, нас, – чуть ли не подпрыгивая от радости, отвечал Антон.
Идея строительства торгового центра принадлежала ему. Она логически вытекала из объемов продаж стройматериалов, который делала фирма Антона. Товары поставляла компания Курта.
