В Липецке убит заместитель начальника УВД, и московские коллеги едут туда, чтобы помочь с расследованием. Непостижимым образом с этим событием и со многими другими связан лежащий в психиатрической больнице Андрей Наумов. Этот человек тяжело болен и буквально одержим стремлением уничтожать зло на земле. В его стихах и песнях, в его видениях и воспоминаниях открывается перед нами целый мир, дотоле неизведанный и не поддающийся объяснению. В сцене допроса поражает сплав ужасающей правдивости и мистики, заставляет содрогнуться страшный итог. Невольно задаешься вопросом: а может, Он среди нас? И так хочется, чтобы капитан Наумов выплыл, выжил в океане и снова взошел на свой корабль. И полковник Чесноков вновь и вновь возвращается к странному делу, вроде бы уже закрытому, но оставившему занозу в сердце, и к парню с огненными глазами, которого он не смог спасти. Книга понравится и любителям детективов, и приверженцам мистики, и тем, кого привлекают жизненные драмы и глубокие характеры.
Памяти Анастасии Козиной
В интересах государства некоторые имена и фамилии изменены
Есть, стало быть, на свете существо,
устраивающее наши судьбы по-своему…
Уильям Шекспир
***
Наступая на закатанный в асфальт грязный снег, уверенным и твёрдым шагом полковник Чесноков спешил в министерство. Морозный ветер шевелил коротко стриженые волосы непокрытой головы. Куртка, висевшая на массивных плечах, была распахнута, он никогда не знал, что такое мёрзнуть.
Срочный и внезапный вызов к генералу явно не обещал обернуться праздничным мероприятием, что было доказано долгими годами работы. Напряжённость нервов и накал событий были как пища для адреналина, без которого просто голодно жить.
– Заходи, – хозяин кабинета, Николай Алексеевич Архипов, выглядел хмурым. Указав на стул, он смотрел в лист бумаги, постукивая ручкой по столу.
– Ну, вот на 23 февраля нам подарок: сегодня в 6:30 в городе Липецке был взорван ГАЗ 31-10. В машине находился заместитель начальника УВД города Липецка полковник Васютин С. А. и его водитель. Во взрывчатом веществе, заложенном в люк теплотрассы, обнаружены следы гексогена.
Генерал отложил листок в сторону, снял очки и уставился на Чеснокова.
– Вот тебе «вихрь – антитеррор»! Ждали чего-то подобного на юге страны, а на этот раз в Черноземье! Создается оперативная группа совместно с липецкими и московскими оперативниками. Группу возглавишь ты. Капитан Маликов и майор Вяземский, следователь прокуратуры, отправляются в Липецк вместе с тобой.
– А почему не мои подчинённые?
– Они как раз и примут на себя те дела, которыми ты занимался.
Чесноков сделался ещё более мрачным, чем был. Всплывали в памяти те времена, когда его заставляли заниматься поисками угнанных генеральских машин, или кражами с министерских дач и квартир, или забирали людей, отчего становилось гадко. Что-то подобное накатывало и сейчас.
Полковник, не отрываясь от листа, произнёс:
– Помнится в «золотые девяностые» таких взрывов по стране счесть, не перечесть. Я что-то не нахожу связи…
– Да правильно ты говоришь, Владимир Иванович!
Генерал встал, скрестил руки сзади и стал прохаживаться по кабинету. Затем он повернулся к окну и продолжил разговор спиной к полковнику:
– Все средства массовой информации твердят о чеченских террористах. Вся страна шумит об этом. Вот поедешь и развенчаешь эти мифы. Если это был взрыв бытового газа, я был бы очень рад.
– Погода-то какая мерзкая!
– Докладывать будешь лично мне. Вечером на Павелецком вокзале, утром в Грязях будут встречать. Если вопросов нет, то свободен.
«Упираться было незачем» – настраивал себя на позитивную волну полковник, идя по коридору. «Скоро в отпуск, будешь противиться, будут противиться в отделе кадров. Там все смотрят в рот генералу».
Зайдя домой, собирая вещи, мысли становились ещё более оптимистичнее. «Быть полковником из центра в провинции не так уж и плохо. Перечить вряд ли кто посмеет. Да и Вяземский мужик нормальный».
***
В купе уже раскладывал свои вещи Валентин Владимирович Вяземский, водрузив на стол здоровенный чемодан. Высокий, суховатый майор носил колючие усы, волосы у него были прямые и непослушные, как солома, лицо морщинистое. По внешним признакам создавался вид мрачного, злобного зануды. После того, как он снимал шапку, оголяя непослушные, торчащие во все стороны волосы, картина становилась совсем мрачной. Но его коллеги знали, что за этой внешностью скрывается незаурядная личность. В компаниях он мог весело острить, шутить, с людьми был разборчив и понятен, даже мог быть обаятельным.
