- Джо, - выдыхает он, и улыбается.
Я сажусь перед ним на колени и смотрю на свою сестру:
- Она красивая, - шепчу я.
- Она очень похожа на тебя маленькую. - Он впервые смотрит на меня, и я вижу тоску в его глазах. - Ты не представляешь, как мы с твоей мамой были счастливы, когда узнали, что она беременна тобой. У нас долго не получалось этого сделать.
На глаза наворачиваются слезы, потому что он упомянул про маму, и это было чем-то хорошим. Я давно не слышала от него таких слов. Он редко делился воспоминаниями, даже когда мы жили вместе. Чаще всего это делала мама.
- Пап... - Начинаю я, но мое тело сотрясают рыдания. Я так часто стала плакать. Но отца это ничуть не пугает, он улыбается и протягивает руку, чтобы смахнуть слезу.
- Я люблю тебя, девочка. Всегда любил. - Говорит он и гладит меня по щеке.
Это окончательно меня разрушает. Я не помню, когда в последний раз слышала эти слова. Особенно от него. Слезы начинают течь с новой силой, и тогда я понимаю, что если не скажу сейчас, не скажу никогда:
- Я прощаю тебя, - шепчу ему, и упираюсь лбом в колено. - Прощаю и за маму. За все. Она бы хотела этого. Хотела счастья для тебя. Мы обе очень сильно любим тебя.
- Я знаю, малышка, я знаю, - также тихо отвечает он и гладит меня по голове. - Она бы тобой гордилась. - Что-то теплое падает мне на руку, и я понимаю, что это папина слеза, когда он говорит. - Я горжусь.
Эта церемония ничем не отличается от маминой, лишь другие люди пришли проститься с Фионой. Даже гроб такой же, как и у нее. Я не знала, хотела бы они видеть меня на своих похоронах или нет, но мы уже никогда об этом не узнаем. Я последняя кидаю горсть земли и шепчу:
- Прости, за то, что была такой невыносимой. - И ухожу не разворачиваясь к могиле матери.
Все давно начали расходиться, и я знала, что отцу нужно дать немного времени, чтобы окончательно попрощаться с ней. Это было идеальным временем, чтобы навестить мою матушку.
- Вот, я снова здесь, - шепчу, проводя пальчиками по ее пыльному надгробию. - Прости, что меня так долго не было. Я пыталась наладить свою личную жизнь. И знаешь, у меня получилось. Я нашла человека, которого полюбила. Полюбила всем сердцем, как ты когда-то отца. - Я всегда рассказывала матери, о чем не могла рассказать другим, даже после ее смерти. - Он хороший, думаю, тебе бы он понравился. Это может показаться странным, но я хочу вас познакомить. Хочу, чтобы ты действительно знала, что я счастлива с ним.
Я оборачиваюсь к Джеку, который сидит в нескольких ядрах от меня и киваю головой, чтобы он подошел.
Когда я рассказала ему о своей затее, он отреагировал хорошо, сказал, что для него это будет честь.
Даже сейчас, он заставляет меня улыбаться, когда подходит ко мне и прежде чем обнять, спрашивает разрешения у надгробия.
- Мам, это Джек, - начинаю я, и теперь, эта идея мне не кажется хорошей. Рассказывать о чем-то ей, не то же самое, что вести диалог перед Джеком.
- Все в порядке, - шепчет мне он, будто почувствовав мое напряжение.
- Джек, это... - то что осталось от моей мамы.
- Женщина, благодаря которой родилась ты. - Он улыбается, и прижимает меня крепче к себе, - и я очень рад этому.
Он заставляет меня улыбаться. Снова.
- Жаль, что вы знакомитесь при таких обстоятельствах.
- Хотя бы так, - раздается голос отца за нашими спинами. - Ты бы ей понравился, - говорит отец и кладет ее любимые белые георгины.
- Как ты? - спрашиваю я.
Он усмехается:
- А как я должен себя чувствовать?
- Пойдем, выпьем? - спрашивает Джек у отца.
- Думаю, это лучшая идея.
Прошло две недели с тех пор как похоронили Фиону. Отец приезжает к нам почти каждый день и проводит много времени в нашей квартире, мы помогаем ему нянчится с Фионой. Он решил назвать дочь в честь ее матери.
Отец сдружился с Джеком, и они периодически вместе навещают меня в баре. Так же ему была представлена Эмили, девушка Джимми, которая запала ему в душу. Он говорит, что она напоминает ему мою маму в молодости, такая же скромная и отзывчивая.
Отец выпроводил нас с Джеком из дому и сказал, что мы должны провести время вместе.
Мы гуляли по городу в течение часа, и у меня вдруг возникло непреодолимое желание познакомить Джека с Робом. Когда я была маленькой, я считала его страшим братом. Считаю и сейчас, хоть мы и перестали видеться.
Роб сразу же согласился встретиться со мной и посмотреть, на кого же легла ответственность в этот раз.
Поэтому, сейчас, мы ждем Роба в баре "Неон", и попиваем коктейли в нетерпении.
- Он может быть грубым, - предупреждаю я Джека.
- Представляю, если он был скульптором твоего характера.
- Эй... - возмущаюсь я и толкаю его кулаком в руку. Он даже не сдвигается с места. - Не настолько уж я и несносная.
- Та даже представить себе не можешь. - Улыбается он и просит официанта повторить.
В этот момент появляется Роб. Его привычно бритая голова, немного обросла щетиной. Не знаю, как это по-другому назвать. Карие глаза, заволокло обычной пеленой, как после пары стаканов пива. На нем надеты простые синие джинсы и футболка. Его плечо охватывает новая татуировка.
