Сказка-притча, рассказывающая о Маленькой Обезьянке, которая отправляется на поиски и ее друге Океане.
Пышные пальмы перешёптывались под знойным солнцем на берегу океана. Было самое начало осени, но здесь, как и во всех приморских местах, осень наступала, чуть дыша, совсем незаметно, будто босая девушка, боящаяся даже легкого шороха гальки под ногами. Было жарко, но время катилось к вечеру, и жара постепенно спадала...
Океан качался в лучах уходящего солнца и мурлыкал себе под нос свою вечную, размеренную песню.
На берегу океана, поджав крохотные лапки, сидела маленькая обезьянка. Она смотрела в океанскую даль, и в её глазах вспыхивали то грусть, то удивление, то бесконечная нежность.
Какая-то странная, немыслимая, нелогичная картина: обезьянка на бepeгу океана...
Когда-то давным-давно она увидела Океан впервые... Как она попала на этот берег – неизвестно, да и неважно: в жизни есть события, происходящие вопреки логике вещей, но в них скрыта глубокая закономерность, несмотря на всю внешнюю нелогичность. И появление Маленькой Обезьянки на пустынном пляже было именно таким событием.
Океан поразил её. После косматых джунглей, увитых бесконечными, желтыми лианами, когда в просветы между деревьями лишь изредка бывает виден клочок неба – необъятная, необозримая зеленоватая даль, от которой трудно оторвать взгляд.
А Океан, несмотря на множество забот и дел, заметил её, зачарованно замершую на камушке, и шутливо обдал мохнатую мордочку россыпью солёных брызг. Обезьянка возмутилась, чихнула и бросилась наутёк.
Прошло несколько дней. Негодование всё ещё не улеглось в душе Обезьянки, но глаза уже безотчётно искали простор над деревьями, даль, в которую можно смотреть бесконечно... Она вылезала на самые высокие пальмы и смотрела в небо. Однако в какой-то момент ей стало ясно, что в небе нет и не может быть тех изумрудных красок, что однажды она видела в Океане... Она баюкала свою печаль на качелях лиан, она трясла кокосовые пальмы, словно пытаясь вытрясти из себя память об однажды увиденном, но это был Зов, и его нельзя было не услышать.
Через несколько дней она снова была на берегу.
Оксан не то сердился, не то улыбался, не то вообще был равнодушен. Его невозможно было понять. Он всё время менялся, каждое мгновение становился другим, примеряя тысячи ликов и лиц, но ничто в мире не было ему подобным... Солнце искрилось в его волнах, а голос был мягким и приветливым. Одна белоснежная волна, шурша, накатилась на берег, и у ног Обезьянки осталась маленькая перламутровая ракушка. Так началась их дружба.
Поначалу Маленькая Обезьянка присматривалась к Океану издали, лишь ненадолго приходя к берегу. Она наблюдала из прибрежных зарослей, как толпятся стаи птиц на побережье, крича, пища, взмывая в воздух и кружа над водой. Так продолжалось весь день, а вечером, на закате, птицы улетали, и берег становился пустым. Тогда Обезьянка осторожно ступала на опустевший пляж и шла к воде, прислушиваясь к тихому шороху гальки, возникающему под ногами.
Океан был безумно интересен. Он ни на что не был похож, а главное – он очень много знал. Временами Обезьянка задавала ему вопросы, и он отвечал ей, всегда очень мудро и необычно. А ещё он умел шутить искристо, ярко, с неподражаемой тонкостью.
Как-то Обезьянка попыталась расспросить кого-нибудь об Океане, но оказалось, никто о нём почти ничего не знает. «Странно, – подумала Маленькая Обезьянка, – они ведь видят его каждый день...» Некоторые из приятелей Обезьянки уважительно относились к Океану, признавая, что он силён и мудр. Но они никогда не приближались к нему и судили издали. Что они могли знать?
А однажды она услышала тихую песню, которую пел Океан. Услышала и удивилась: Океан так поёт... Это была, несомненно, его собственная песня. В ней звучала глубокая, непостижимая тогда для Обезьянки мудрость, восхищение красотой мира и тоска по какой-то прекрасной, но бесконечно далёкой звезде. Это задевало самое сердце. «Неужели он, охватывающий собой такое огромное пространство, почти бесконечный, таящий в себе так много, всё же разлучён с кем-то? Почему столько безнадёжности в такой красивой и мудрой песне? Я никогда не слышала ничего подобного... И, наверное, никогда не смогу этого забыть», – думала Обезьянка.
А песня лилась и качалась, и предзакатное солнце наполняло пространство каким-то особым золотистым светом. Маленькая Обезьянка сидела завороженная, не шевелясь и чуть дыша... А Океан всё пел... Вставали невиданные картины, рождённые его песней, какие-то неизвестные образы кружились в золотом воздухе вокруг Обезьянки, и ей хотелось плакать и смеяться. Где-то в глубине Океана бушевала буря, породившая эту прекрасную песню, а поверхность его оставалась спокойной и лучистой...
Это было в начале осени, когда время перед закатом словно растягивается, и золото последних лучей пронизывает и деревья, и воздух, и дальние облака...
