Океан моей реальности полностью

Когда из наушников доносится песня "Jah Khalib – Волны Антарктики", хочется сделать что-то безумное.  Но я лишь рисую. Сижу на теплом песке, смотрю на море и рисую эту идиллию. Не каждый поймет этот кайф от тишины и спокойствия. Мою идиллию нарушил ветер, испортив прическу. Вытянув наушники, я услышала шепот волн. Они пытаются мне сказать что-то. Я чувствую. У меня неразрушимая связь с природой. Не то, что я верю в сверхъестественное,  просто не каждому дано быть в гармонии с природой, видеть эту красоту в спокойствии. Когда ты никуда не спешишь.

21 век. Работа, деньги, машины заменили главное, что-то человеческое. Я нахожусь каждый день в обществе, в котором правят деньги и власть, а не законы и моральные принципы. Люди всё время куда-то спешат. Не замечая каких-то элементарных вещей. Как меняются времена года, как журчит речка, как зеленеет трава или как чернеет море. А самое главное, как чернеют души людей. Я знаю свою правду, но не кому её не навязываю. Потому что никому сейчас ничего не докажешь. Тебе закроют рот бумажкой. Чаще всего, этой бумажкой можно расплатиться в магазине или в ТЦ.

–Влада, – дотрагивается до моего плеча женщина, запах которой я услышу за много миль от себя.

Мое молчание её добивает. Я знаю, что она хочет сказать. И даю ей на это право.

–Нужно смириться. Его не вернешь, – продолжила мама. – Мы должны быть сильными. Я обещаю тебе, что смогу вернуть нам наше любой ценой.

Она оставляет меня. Я понимаю, что по моей щеке прошлась капелька. И через мгновение я чувствую солёный привкус у уголка моих губ. Я вновь абстрагируюсь от окружения. Я в гармонии с природой, пытаюсь понять, что она хочет мне сказать.

Нет, я не права. Возможно, каждый может всё-таки увидеть это спокойствие и тишину внутри себя, но не каждый хочет этого. А кому-то нужно просто помочь открыть глаза.

Богдан.

Смех продлевает жизнь. Она такая смешная. Ничего не понимает в тусовках. Как так-то? Она ведь дочка известного и покойного Виктора Павловича Ковалевского, человека занимающего пятьдесят восьмую строчку в журнале Forbs. В то время, как мой отец занимает шестьдесят четвертую строчку в том же самом журнале. Я прославлен тем, что являюсь главным тусовщиком этого города.

Эта взбалмошная брюнетка с карими глубокими, как засасывающий омут глазами теперь живет в моем доме. Я должен делить свои законные квадратные метры с этой занудой.

–Что? Настолько нудная? – вытягивает из мыслей меня Кирилл.

–Да не знаю я. Я видел её от силы десять минут. На вид выглядела, как мы: фирменная одежда, украшения, тату..

–Тату? Может я видел ее? – перебивает меня друг.

–Да, тату. На руке. – раздраженно отвечаю из-за того, что меня перебили.

–И что там?

–Думаешь я разглядывал? – раздражаюсь еще сильнее.

–Думаю да. Ты – главный ловелас города, чтобы не рассмотрел телку? Это только, если она жирная или прыщавая. Только не говори, что она… – сарказничает друг.

–Да нет – отмахиваюсь я.

–Тогда в чем проблема? – складывает руки на груди Кирилл.

–Меня просто дико бесит, что какая-то девка живет со мной в одном доме. Так еще и мамаша её с ней.

–Замути с ней и всё. Сразу все проблемы сникнут, – парень попивает пиво, заказанное красивой официантке пятнадцать минут назад.

–Крутить что-то с девкой у меня дома? Ты с ума сошел? Мать и так контролирует каждый мой шаг, чтобы не изменял Ирке, а ты предлагаешь прямо перед её глазами подкатывать к другой? – сержусь я, размахивая руками, в итоге разливая своё пиво.

–Оо, друг мой.. Пошли-ка в клуб, тебе надо срочно снять напряжение. – хлопает меня друг по плечу, расплачиваясь за пиво.

–Пошли, – лишь отвечаю я, и иду к своей машине.

Влада.

Я просыпаюсь от грохота. На часах, стоящих на столе, три часа ночи. Беру телефон, и, светя им, выхожу из своей комнаты. Звук из кухни. Зайдя туда, я наблюдаю картину, вдрызг пьяного парня в объятьях  какой-то девушки, по наряду больше напоминающей девушку с трассы. Он  мерзко и грубо целуется с ней, при этом одной рукой пытается найти что-то на столе.  У парня открыты глаза. Он замечает меня и просто пялится в мою сторону, продолжая грубо целовать девушку.

–Богдан? – набираясь храбрости, спрашиваю.

–Кто здесь? – слышу писклявый голосок этой шалавы.

Она отрывается от парня и поворачивается в мою сторону. Смотря на меня, как на пустое место, она выдает:

–Ты кто?

–Это моя сестричка, не обращай внимания, – просыпается Богдан, заканчивая пялиться на меня.

Моим возмущениями нет предела. Хотя в данной ситуации, в которую мы с мамой попали, можно сказать, что теперь я являюсь кем-то вроде сестры для этого бабника.

–Даш, я тут подумал.. Иди-ка ты домой. – не смотря на девушку, заявляет он.

–Что? – пищит она.

–Свали говорю. – сжимает он ее руку, переключая на нее свой взгляд и внимание.

–Вообще-то, я Маша, – почти слезно произносит девушка.

–Вообще-то, мне пофиг, – отпуская ее руку, перекривляет парень.