Люк выходит спустя несколько минут. Осторожно, но всё же приветливо улыбаясь мне, он скрывается за стволами молоденьких вишен. Мешковатые штаны цвета хаки, местами уже потёртые, сливаются с высокой травой, а светло-голубая футболка – с чистым небом. Но я, к сожалению, теряю его из виду так же быстро, как и встречаю.
Остаток дня я провожу за поливом. Запах сырой земли по-настоящему расслабляет. Я захожу в детский дом, когда блеклый туман вуалью накрывает землю, а небо начинает чернеть.
Я мою руки внизу, после чего поднимаюсь к бабушке сообщить, что работа выполнена.
– Привет, – я толкаю дверь вперёд и захожу в кабинет. – Мы закончили.
Бабушка перебирает книги в шкафу, осторожно смахивая пыль с каждой. Дверцы шкафов широко распахнуты, и в комнате уже настоялся запах древесины и старых страниц.
– Я видела, – отзывается бабушка, не поворачиваясь ко мне. – Теперь наш сад намного ухоженнее и красивее. Передай ребятам мою похвалу, когда спустишься вниз.
– Без проблем, – я улыбаюсь от уха до уха. – Мы все работали не покладая рук.
– Я верю, Кэтрин, – вздыхает бабушка.
Я хочу развернуться и выйти, но бабуля кажется мне какой-то подавленной. Я делаю несколько шагов и останавливаюсь в самом центре кабинета.
– Всё в порядке?
– Не совсем, – отвечает бабушка, и я вопросительно смотрю на нее. Она, наконец, поворачивается, а затем говорит: – Книга пропала.
Я ужасаюсь. Знаю, с каким трепетом бабуля относится к своим книгам, и их пропажа может серьёзно сказаться на её настроении. Да и сам факт того, что кто-то мог взломать замочек на книжном шкафу, даже немного пугает.
– Что у тебя с щекой? – вдруг спрашивает она, и по спине пробегают мурашки.
Уже поздно что-либо предпринимать, чтобы наказать Билли. Всё затянулось, и, раскрыв бабушке все карты, я рискую потерять не только доверие ребят, но и бабушки.
Я тихо отвечаю:
– Ничего особенного.
Бабуля некоторое время смотрит на меня, пытаясь понять, правду ли я говорю.
– Будь осторожней в саду, – мягко наказывает она. – Так ты брала книгу?
– Нет, у меня своих нечитаных полно. А какая именно пропала?
– «Спеши любить» Николаса Спаркса.
Точно!
– Это я взяла её, – говорю я, облегчённо выдохнув.
Бабушка выглядит обескураженной.
– Ты же только что сказала, что не брала.
Я перебиваю её, поднимая руки к груди:
– Люк приходил вчера попросить у тебя её, и я дала ему. Прости, что забыла сказать об этом тебе, – я вывожу ногой узоры на махровом ковре.
Неловко вышло. Я уже не в первый раз заставляю бабушку волноваться по пустякам, но этот случай настолько глупый, что мне хочется провалиться под землю. Бабушка заметно веселеет после моих слов и, закрыв шкаф, идёт к своему креслу.
– Всё в порядке. Люк часто берёт у меня романтику, – бабушка кладёт ключи в ящик под рабочим столом.
– Правда?
– Да, Кэтрин. Он уже перечитал все романы Даниэлы Стил, которые у меня были!
Ого. Честно, сама я бы никогда не подумала, что такой парень, как он, уделяет время литературе. Я всегда считала, что он впустую тратит всё свободное время, просиживая дни в пустой комнате.
– А ещё он прекрасный садовод, – шутит бабушка. – Вам стоит поработать завтра вместе в нашей оранжерее.
Мне довелось видеть его в саду лишь раз, и это было сегодня. Не могу забыть блестящую под солнцем кожу, взмокшую на спине ткань футболки и ту скромную улыбку на лице.
Я присаживаюсь в кресло напротив письменного стола и начинаю выслушивать бабушкины желания. Она бы хотела видеть в старой оранжерее побольше молодых растений, наблюдать цветущие орхидеи, которые на днях привезли в детский дом, видеть порядок на стеллажах. Желаний оказывается больше, чем я предполагала.
– Думаешь, это хорошая идея? – спрашиваю я у бабушки, когда она заканчивает.
Ведь я совсем не знаю Люка. Не знаю, что взбредёт в его голову, не знаю, как он отреагирует на те или иные слова, не знаю, способен ли он поднять на меня руку. От подобных мыслей мне уже нехорошо.
– Новые знакомства всегда полезны, Кэтрин, – отвечает она. – Ты же не сможешь вечно общаться здесь с одним только Билли.
Если он захочет, то такой исход вполне вероятен.
– Не пойми меня неправильно, но тебе следует завести друзей, Кэтрин.
– Среди парней?
Теперь меня пугает её наставление. В парнях страшно всё. Их плечи, широкие спины и крепкие мышцы. Мне противны их развратные мысли. Но в больший шок меня повергают их необдуманные действия. От них никогда не знаешь, чего ожидать, и, когда для одних девушек это является плюсом, для меня это самый тяжёлый минус.
– Можешь и среди девушек, – бабушка не стала со мной спорить. – Насколько мне известно, многие хотели бы познакомиться с тобой поближе.
Единственного, чего они хотят – опозорить меня как можно жёстче, затмить мой успех, достигнутый десятками неделями диет и посещений спортивных залов.
Если так посмотреть, то работа с Люком не кажется таким опасным делом, как с кем-либо другим. Он выглядит сдержанным и закрытым – вряд ли он решит отрезать мои косы садовыми ножницами.
– Хорошо, я поработаю завтра с Люком, – соглашаюсь я.
– Он хороший парень, Кэтрин.
