Он кивнул в сторону города. С моста открывался прекрасный вид на Хендерсон, штат Кентукки. Вдоль реки протянулась огненная полоса, горели полицейские коттеджи.
– Какой закат!
– Это пожар! – возмутился патрульный.
– Оставь его, не понимаешь, что у них на том берегу у всех такой юмор. Радуйся, что ты родился в Индиане, а не в Кентукки.
Патрульные сели в свою машину, развернулись и уехали.
– Чем они недовольны? – спросил Феннер.
– Они не верят в багровые закаты.
– Ну и черт с ними.
Кейси сделал знак, что проезд открыт и поток машин исчез через десять минут.
Майкл Кэрр залпом выпил бокал пива.
– Фу, ну духота! Такого лета никто из старожилов не помнит. От Чикаго идет дым! Город перекалился.
– Ты прав, старина, – подтвердил Слим. – Но я хочу продолжить свою мысль. У меня свои информаторы, у тебя свои, если мы объединим свои усилия, то мы сможем идти на пять-шесть шагов впереди полиции. Но главное заключается в том, что мы не конкуренты, а сотрудники.
– Твоя идея с книгой мне нравится. Я не уверен, что ты ее хорошо напишешь, но читателя привлечет имя автора. Чемпион по боксу, ставший репортером, публикует книгу о бандитах Чикаго. Из этого можно сделать эффектную рекламу. Ну, а откуда тебе известно, что у меня есть информаторы?
Слим сделал глоток и подмигнул.
– От своих информаторов. Капитан Чинар тебе подбрасывает косточки с обеденного стола.
– Хорошие у тебя доносчики. – Кэрр наклонился вперед. – Но Чинар не идет в сравнение с Рудольфом Маликом. Старику семьдесят, из них полвека он посвятил сыску. Он гений, Слим! Он помог мне заработать три тысячи долларов. Я его вечный должник. Он сумел доказать, что это Дэйтлон орудовал на периферии в Индиане.
– Ну, это я уже читал в твоих репортажах. Ты приводил там доказательства.
– Но эти доказательства добывал Малик. Его нанял Грегори Элбер, директор страховой компании. Точнее, он нанял целое детективное агентство Паркера, а Малик в этом агентстве то же самое, что Грета Гарбо в Голливуде. Агентство Паркера самое авторитетное после Пинкертона.
– Что еще интересного он раскопал?
– Ну, задача агентства – выяснить местонахождение базы Дэйтлона. Малик, практически, выполнил эту задачу, но его сняли с розыска и перебросили на периферию. Я сопровождал его и делал свои репортажи. Уверяю тебя, что Чинар, Легерт и ФБР – цыплята в сравнении с этим стариком.
– Хорошо, Майкл, давай договоримся, что ты будешь ставить меня в известность о самых важных событиях в тот же момент, как только будешь узнавать о них сам.
– Взаимно?
– Разумеется. И без жульничества.
– О, вот и Руди.
Слим повернул голову к входной двери и увидел, как через крохотный зал пробирается старик в помятой шляпе, шерстяном пиджаке и повязанном на шее шарфе. Ботинки его были стоптаны, а впалые щеки поросли щетиной. В зубах он держал огрызок погасшей сигары.
– Ну и фрукт! Он стоит на паперти в свободное от работы время?
– Он имеет денег во сто крат больше, чем мы. Ему плевать на свой вид. Ты что-нибудь слышал о сумасшедших миллионерах? Вот, любуйся!
Старик подошел к столику, снял шляпу и сел.
– Добрый день, господа!
Кэрр махнул рукой и велел официанту принести еще пива.
– В такую жару пить пиво – это самое лучшее занятие, – сказал старик, разглядывая Слима. – А ведь я уже тебя где-то видел, сынок?!
– Молчи! – Кэрр взял Слима за руку. – Ни звука. У Руди феноменальная память, несмотря на возраст. Он сам тебя узнает.
– Конечно! – Старик прищурил глаза, словно примерялся и тихо произнес: – Слим Патерсон. Чемпион Юга. Точнее несостоявшийся чемпион. Неожиданно бросил бокс и исчез из поля зрения болельщиков.
– Да. В больнице четыре месяца с переломами. Это была цена моей последней победы.
– Знакомая история. А чем теперь живешь?
– Веду спортивную хронику в одной газетенке. Но есть мыслишка написать книгу.
– Последние двадцать лет меня не покидает та же мысль. Но я вынужден гнуть спину. Нужны сиюминутныe деньги. А книги может писать только обеспеченный человек. Ну, какие новости, господа?
– Понятия не имею, – ответил Кэрр. – Жду звонка из редакции и пью пиво. А как у тебя, Руди?
– Не очень интересные новости. Я не смог помочь мистеру Элберту доказать, что банкиры были в сговоре с Дэйтлоном. Что я могу сделать один против коалиции сильных мира сего? Боюсь, что Дэйтлон повторит этот трюк где-нибудь еще в Мичигане, а может быть и в Кентукки.
– Далековато! – удивился Слим. – А он уже оставил там свой след, но местные власти держат язык за зубами. – Эта новость встревожила Слима. – Компания Дэйтлона-банкира ведет себя странно, – задумчиво произнес Слим.
– Я бы так не сказал, – поправляя шарф на шее, заметил Малик. – Дэйтлон прав. Ему нечего делать в Чикаго, пока здесь расставлены ловушки. У любой мышеловки слабеют пружины, когда их постоянно держат натянутыми. Дэйтлон никогда не откажется от Чикаго. Его гастроли принесли ему чуть больше миллиона, а здесь с одного «болдинг-корпорейшен-банка» можно снять пару миллионов за один заход.
